Повенчанная тьмой

Пожелав себе удачи, а заодно трижды перекрестившись (как раз в тот момент снова подумалось о Крисе), на цыпочках отправилась вниз.

Особняк окутывали благодатная тишина и сумрак, и я немного успокоилась. По крайней мере, пока шла, не вздрагивала от малейшего шороха. Кухню отыскала быстро. Просторное такое помещение, размером с мою и Яцинта спальни вместе взятые, главной достопримечательностью которого являлся (лично для меня) двустворчатый, стального цвета холодильник. К нему я и направилась, намереваясь провести тщательную ревизию всего его содержимого.

Так-с, где тут у нас сыр и колбаса? Увлёкшись досмотром полок, сплошь забитых всякими полезностями и вредностями, вздрогнула испуганно, когда над головой неожиданно ярко вспыхнул свет. Руки дрогнули, и кусок розовой ветчины, из которой я в мечтах уже готовила себе вкусный сэндвич, шмякнулся к моим ногам.

«Только не Эчед», – мысленно взмолилась я. Подобрав с пола трофей, с опаской, словно вор, пойманный с поличным, обернулась.

Вместо зеленоглазого кошмара на пороге обнаружилась сероглазая красавица Ясмин.

Даже с растрёпанными волосами, собранными в небрежный хвост, без макияжа, она выглядела, как модель с обложки глянцевого журнала. И если на причёску будущая мадам Эчед потратила от силы пару секунд, одеждой она и вовсе заморачиваться не стала: просто накинула на обнажённое тело мужскую рубашку. Спасибо, хоть удосужилась застегнуть её на несколько пуговиц.

Похоже, ведьма уже давно чувствовала себя здесь как дома и не беспокоилась о своём внешнем виде.

– Тоже не спится? – Девушка босиком бесшумно пересекла кухню.

– Проголодалась немного, – ответила ей односложно. И сама не понимала почему, но в присутствии Ясмин я не то чтобы терялась, просто нам с ней не о чем было говорить.

Обычно наше общение сводилось к неловким паузам, разбавляемым редкими, бросаемыми невпопад фразами ни о чём. К тому же мне никак не удавалось отделаться от ощущения, что Ясмин меня недолюбливает. Глупо, наверное, мы ведь едва знакомы, но порой, когда она смотрела на меня, в её глазах отчётливо читалась неприязнь.

– А мы вот умираем от жажды, – лёгким поворотом бедра оттеснила она меня от холодильника и, напевая себе под нос какой-то весёлый мотивчик, потянулась за пластиковой бутылью с соком, до которого я ещё не успела добраться.

Если за ужином сероглазка не переставала хмуриться и была явно чем-то недовольна, то сейчас едва не мурлыкала, как приласканная хозяином кошка.

– Будешь?

Я молча кивнула.