Пепел погасшей звезды

При этом красотка не забывала методично накручивать на палец пшеничную прядь и время от времени томно вздыхала. Очевидно, по мнению самой девушки, все эти ухищрения должны были вызвать к ней интерес ее угрюмого кавалера.

Рейн не мог не признать, девица была лакомым кусочком, но уж больно разговорчива. Мозг Даггерти отключился в первые секунды ее бессмысленной болтовни, и все дальнейшие слова, выскакивающие из хорошенького ротика, превратились в сплошной поток звуков. Что-то вроде назойливого жужжания мухи.

Рейн мучился дилеммой, не зная, как поступить: утащить красотку в свою каюту, чтобы уже там она наконец заткнулась и молча показала, на что способна, или послать ее ко всем бесам и сосредоточиться на текиле.

Мужчина больше склонялся к первому варианту. Назло Таро.

– Вижу, ты прислушался к моим советам. Сразу ко всем. – Дайлан устроился возле друга и попросил девушку оставить их наедине.

Недовольно поджав алые губки, та поднялась и ринулась к ближайшему столику, чтобы как только беспардонный военный уйдет, снова вернуться за барную стойку.

– Кто это? – спросил Флар.

– Без понятия. Нашел в коридоре.

– То есть уже имеющихся проблем с Таро тебе недостаточно? – В тот момент Дайлану захотелось приложить голову друга о стойку. Причем не один раз.

– Мы просто беседовали, – раздраженно буркнул Рейн.

– Все твои просто беседы заканчиваются одинаково – постелью.

– Как первый день? – желая избежать занудных нравоучений, Рейн переключился на другую тему. Потянулся было за бутылкой, на дне которой еще плескались остатки текилы, но Флар оказался проворнее. Отодвинул подальше сосуд, чтобы друг не смог до него добраться.

– Нормально. Хотя уверен, за две недели они меня доконают.

– Я не о тебе спрашивал. – Рейн подал знак бармену, и перед ним тут же материализовалась новая бутылка. Дайлан нахмурился, но нарываться на ссору не стал, понимая, что этот баран все равно не остановится.

– О Шионе я и пришел поговорить. Забери ее. Не знаю как, но убеди оставить академию. На нее жалко смотреть.

Рейн равнодушно хмыкнул и опустошил рюмку.

– А я тут при чем? Ее высочество взбрыкнула, пожелала кому-то что-то доказать – вот пусть и доказывает. Я за ней бегать не стану. Сама прибежит.

Теперь уже Дайлану хотелось самому постучаться лбом о стойку.

– Она упрямая.