Турагентство Миноставр

– А жить, когда я буду, по-твоему? – открывая бутылку водки и разливая в стаканы, отвечал Виталий. – Хотя постой. Идем я тебе что-то покажу. Только сначала давай выпьем.

Друзья чокнулись, осушив стаканы, Валерий, заинтригованный сказал:

– Ну, показывай?

– Что? А, да, пошли! – Виталий встал со стула сказал, – Неси табуретку, вон там в коридоре стоит! – не задавая лишних вопросов, я принес табуретку на кухню, – Ставь сюда!

Поставил табуретку в указанное место. Виталий взобрался на нее и открыл антресоль. Порывшись там, достал сверток в тряпке.

– Держи. – Подал мне. В руках у меня оказались два армейских пистолета “ПМ" в смазке.

– Они новые со склада. Я их, когда пожар начался, в противогазной сумке вынес и четыре обоймы, и вот патроны к ним целых две пачки по сто штук. Я так в противогазной сумке их домой и довез. Никому и в голову не пришло, что там оружие. Каждый может по пятьсот евро потянуть. Пойдем завтра продавать.

– Так это я, когда тебя угорелого пер на себе, ты этот "противогаз" в сумке на себе тащил, все думали, что у тебя сил не хватило, чтобы надеть его на себя.

– Да. Я его еще в санчасти оставил, сказал, что мне надо его вернуть. Но командир сказал, что можешь забрать домой, как списанный. Там пока тушили пожар, в негодность пришло много всего, ну и ящик с пистолетами бесследно исчез. Как командиру удалось это все замять, мне не понять?

– Что тут не понять, сами припрятали, а потом спихнули за бабки, бандюгам. Вот и все дела.

– Ну, что скажешь. Завтра пойдем, продадим, и будет тебе бобло.

– Не дели шкуру не убитого медведя, плохая примета. Это исключено. Нас менты загребут за хранение.

– А мы напишем заявление, что несли в милицию сдавать.

– Да, брат, а как же бобло?

– Да, я что-то не подумал. Да хрен с ним, давай еще выпьем. – И друзья осушили еще одну бутылку водки. Виталий так и уснул на своих руках за кухонным столом. Я все же смог добраться до раскладушки и, не раздеваясь, провалился в тяжелый и пьяный сон.

А утром, обнаружил себя в облеванной постели и не у себя дома. Голова раскалывалась, тошнило, и что самое обидное неизвестно где? Попробовал встать из вонючей испачканной извержениями постели. Когда это мне удалось, то мгновенно к горлу подступил новый ком тошноты, что вынудило броситься в туалет, дорогу к туалету на удивление я хорошо помнил. С кухни вышел Виталий, заглянул в комнату и сказал громко:

– Ну, ты и свинюка, Валера. Аж меня стало тошнить.