Литературные страницы – 1. Группа ИСП ВКонтакте

Пытаясь вернуться в свою колею, он сказал, нарочито развязно:

– Всё равно все вы, бабы, одинаковые. Хоть маг, хоть не маг. Деньги и хороший секс всё решают. Дуры…

И вдруг у него началась икота, а слова стали походить на собачий лай. Он хотел было обозвать Азелю ведьмой, хотел подняться с кресла, но вместо этого вдруг упал на четвереньки, продолжая громко и часто икать. Азеля взяла со стола миску, налила туда воды, поставила Илье Андреевичу под нос и скомандовала: «Пей!» Он почему-то Азелю послушался. Ведьма почесала ему за ухом и сказала:

– Молодец.

Лежать!

Мужчина растянулся на ковре и захрапел, а Азеля перешагнула через него и вышла к Машеньке.

– Что с ним?! Это порча? – воскликнула та, но Азеля взяла Машеньку за руку, вложила в руку ошейник и сказала:

– Хочешь оставь – хочешь выброси.

Проснулся Илья Андреевич дома, на своём кожаном диване. Голова не болела.

– Машка, – крикнул он, икнул и снова крикнул:

– Машенька!

Машенька вошла с чаем и спросила:

– Как себя чувствуешь?

– Машка, – Илья Андреевич снова икнул, – Машенька, а что это было? Я совершенно не помню, как от Азели возвращались.

– Какой Азели?

– Тьфу, значит приснилось. Ты не представляешь, что мне приснилось! Присядь рядом, расскажу. И вообще – разведусь-ка я с Иркой. Давай вместе жить.

– Это тебе во сне мысль пришла?

– Нет, сон был про ведьму.

– Давай завтра расскажешь, мне идти нужно. Выпить не хочешь?

– Нет! От одной мысли тошнит! Завтра во сколько тебя ждать, Машенька?

– Не знаю, – ответила она, захлопывая за собою дверь.

Машенька долго стояла на Крымском мосту, смотрела на воду и думала. Вернее даже, не думала, а вспоминала всю свою жизнь. И вся её жизнь крутилась вокруг Ильи Андреевича. Вот теперь жить вместе предлагает. Об этом Машенька мечтала все годы, но сейчас радости не чувствовала. Она достала из кармана собачий ошейник. Видимо, при помощи этого предмета она теперь может руководить чувствами любимого Ильюшеньки. Как всё просто! И вдруг ей показалось, что она видит насмешливое лицо Азели и слышит её слова:

– Хочешь – оставь, хочешь – выброси.

Машенька со всей силы швырнула кожаный ошейник в воду. И вовсе не как инструмент манипулирования Ильей Андреевичем, а как символ своей привязанности, собачьей преданности, добровольного рабства и помешательства. Зазвонил мобильник, это был Илья Андреевич. Телефон тоже полетел в реку. – Свобода! Долой помешательство! – воскликнула Машенька и побежала на остановку автобуса.