Метеоролог

Окон в автомобиле не было – их заменили большие экраны,

На которых мелькали улицы – ровные, геометрически четкие, размеренные.

Люди, похожие друг на друга – выражения лиц аморфные – состояние вечной нирваны.

Их не беспокоит будущее, они в нём на двести процентов уверены.

А Василиса, как ни странно, помнила и другую жизнь – настоящую.

Шум и пыль огромного города, смех детей и живое общение.

Колбаски на гриле – такие поджаренные и невероятно вкусно шипяшие,

И много-много разных эмоций – радости маленьких побед и горечь поражения.

Но это было давно, в жизни другой, и казалось сегодня неправдою.

Мир стремительно изменился и, как оказалось, далеко не в лучшую сторону.

Стерильность сердца, души, разума стали для любви и других чувств преградою.

А мужчин и женщин контролируют так, чтобы было их строго поровну.

Василиса помнила всё, её память, к счастью, не стёрли, не уничтожили.

И детей увезти сумела вовремя подальше от псевдоблаг цивилизации.

Немногие поняли, когда под видом прививок, вшивали чипы подкожные,

И на улицы из белых кабинетов выходили уже совсем другие люди – в полной прострации.

Василиса вынырнула из памяти, услышав голос женский, металлический:

– Добро пожаловать в Поднебесье – район повышенной комфортности!

Уж насколько комфортно здесь – вопрос третий, так сказать, риторический.

Здесь абсолютно другая жизнь, другая еда, другой календарь и другие новости.

Из автомобиля вышла, костюм белый поправила и застыла, как изваяние —

Нужно собраться с мыслями, а волнение так и захлестывает.

Прямо перед ней – из стекла и стали, уходящее в небо здание

И крыши его не видно – она, наверное, где-то там, между холодными звёздами.

Нащупала в сумке диктофон. Вдох-выдох. И про себя, мысленно «с богом».

Шаг первый – с трудом, второй – уже легче, а дальше, совсем уже просто.

По ступенькам, к дверям, сканер ладони, через пустой холл, ровной походкой.

Направо – лифт, который взлетел вместе с ней под самую крышу – к звездам.

Глава 2

Замер лифт, бесшумно открылись двери, впуская Василису в просторный холл,

Женщина стояла и глазам не верила – прямо здесь, в здании, у неё под ногами плескалось море.

Над волнами парил в небе-потолке красивый, огромный орёл.

И тут только до Василисы дошло, что это голографические шторы.

– Не стесняйтесь, проходите, наше море сегодня не мокрое, —

Голос приятный, живой звучал откуда-то из-за горизонта.