В поисках единственной

– Я так счастлива, что наконец-то моя семья собралась за одним столом! – мама довольно обвела каждого счастливым взглядом. – Пусть такие дни бывают почаще, не только по праздникам.

Мы все чокнулись, в бокалах для женщин плескалось вино, мужчины предпочли коньяк.

– Хорошее желание, учитывая наши с Олегом графики, – отец нарезал мясо для всех на маленькие кусочки, – но я присоединяюсь к этому желанию. Возможно, в скором времени наша семья расширится! – он выразительно на меня посмотрел.

Я усмехнулся, обращаясь к Олегу:

– Вы уже второго ждете?

– Я еще от этого не отошел, – брат смотрел смеющимся взглядом, потом посмотрел на Алену с сыном, ласково улыбнулся, – а ты про второго.

– Ну, вы не откладывайте в долгий ящик.

– Это почему?

– Потому.

– Ты что-то скрываешь! Давай колись уже!

– А ты наливай, я потом расскажу.

Олег сразу поспешил разлить вино и коньяк, бросая на меня вопросительные взгляды. Все остальные спокойно ели, мимоходом прислушиваясь к нашему диалогу. Выждав момент, поднялся, беря рюмку.

Мама сразу выпрямилась и настороженно на меня уставилась. Заметил в ее глазах беспокойство и напряжение.

– Я рад, что мы собрались все вместе. И мне не надо будет потом каждому повторять одно и то же. Возможно, для полного состава не хватает моих боевых товарищей, но они частично в курсе. Вы все прекрасно знаете, что я по натуре большой максималист. Особенно если это касается работы.

– Иногда она первее, чем кто-то еще, – заметила Лена, впервые заговорив.

Я улыбнулся ей.

Имеется в виду ночные просиживания за компьютером или за чертежной доской, когда я пренебрегал зовущим взглядам заняться чем-то другим. Сколько я таких вечеров променял в пользу работы, не сосчитать.

– Три дня назад я подписал договор о сотрудничестве с одной американской компанией на год, – посмотрел на маму, но в ее глазах еще не было осознания сказанных мною слов. Остальные тоже молчали, не понимая смысла объявления, вернее, не было еще осмысления.

– Какая Америка? – прошептала Лена, вскидывая на меня глаза.

Ее рот удивленно приоткрылся. Сначала она смотрела ошеломленно, с каждой минутой понимания смысла моих слов глаза сужались, пока не превратились в щелочки.

– Северная. В частности, я лечу в Нью-Йорк.

– Какой Нью-Йорк, Дима? Ты шутишь? – она вскочила на ноги, взгляд метался по моему лицу, пытаясь отыскать хоть намек на шутку. Но я покачал головой. Лена на мгновение застыла передо мной, как изваяние, затем рванула в прихожую.