Отомстить демону, или Ведьма выходит на тропу войны

Но про перерождающегося демона и неадекватного рыжего, напавшего на меня, эти ни слова не сказали. Ни звуком не проговорились. И на меня смотрели с искренним переживанием и желанием помочь.

Гады!

Они конкретно про Айзека вообще не упоминали, и я не знаю, куда они его дели, но рискну предположить, что молодой демон попросту свалил.

Двое полицейских, серьёзный усатый следователь и молодой стажёр, держащий бумаги, на которых магическое перо самолично всё прозвучавшее записывало, кивками поблагодарили адептов за помощь, повернулись ко мне и попросили рассказать мою версию произошедшего.

Я бы рассказала, с радостью бы поведала обо всём, что на самом деле происходило, но… Не поверят. Дружная троица знатно наврала в три короба, у полицейских даже мысли не возникало о том, что их версия может в корне отличаться от действительности. Поверят ли ведьме, изображающей из себя жертву? Нет. Совсем нет.

Вздохнув, сжала зубы и максимально спокойно, хотя меня рвало на части от несправедливости, сказала:

– Всё было именно так.

Рыжий с трудом подавил жёсткую усмешку, его друзья контролировали себя куда лучше, но полицейские всё равно на них не смотрели.

– Мы в этом даже не сомневались, – снисходительно проронил следователь, подтверждая мои худшие предположения о том, что моей правде всё равно никто бы не поверил. – Что послужило причиной взрыва?

Ну, вот тут я рассказала уже честно. Про подвал, алтарь, поселившееся там что-то и его на меня нападение. Приврала лишь в конце, свела всё к тому, что после нападения очнулась я уже здесь.

Записав каждое моё слово, мужчины сухо поблагодарили за содействие и попросили не путаться под ногами, но и далеко не отходить.

В общем, меня отвели в тёмный сад, усадили на качели под деревом и оставили в полном одиночестве, ещё раз напомнив, что никуда уходить мне нельзя.

И я сидела, всей душой себя жалея и с нарастающим раздражением наблюдая за тем, как всё увеличивается толпа зевак возле моего дома.

Маги из академии появились несколько минут спустя, и сделали они это весьма эффектно – спустились с чёрных небес, окутанные призрачным голубоватым сиянием. Судя по форме, почти все преподаватели, но нашлась среди них и пара студентов – самые сильные, нужно полагать.

Впереди процессии находился мужчина, при одном только взгляде на которого у меня дыхание испуганно перехватило и бросило в неконтролируемую дрожь.