Московское сукно

 – Доктор на секунду задумался. – То есть крестили меня как Дмитрия. Мама была русской и хотела православное имя ребенку. А отец был немцем и хотел «европейское» имя дать.

– Так ты крещеный? – удивленно спросил Марк.

– Конечно. А ты думал, что раз немец – значит, не православный?

– Не отвлекайтесь! – прикрикнул Тимофей. – Есть одна работа, которую я хочу вам предложить. Задача не слишком сложная, но очень прибыльная. Поэтому послушайте меня внимательно. Если не понравится, то можете просто уйти и упустить состояние.

Марк усмехнулся. «Простая работа, состояние» – эти слова были верными признаками очень дурацкой идеи. Но ему было интересно послушать план дворянина. Вдруг он как-то по-особенному дела делает?

– Хотите верьте, хотите нет, но я вашего брата хорошо знаю. Воры ко мне приходят, когда им нужна особая помощь. Разузнать, чего в дорогих домах есть, передать взятку большим начальникам, дать ложные показания – подобные вещи. Не самое благородное занятие, но местами доходное.

– Очень полезные услуги.

– Мы в Москву недавно перебрались, – пожав плечами, ответил Тимофей. – Раньше в Петербурге жили. К тому же я предпочитаю «не отсвечивать», как у вас принято говорить. Сейчас у меня одно предприятие есть – двор в Хамовниках держу. По бумагам у меня там обувная мастерская. Фактически же я сдаю помещение одной амбициозной артели. Они мне платят за пользование сараем, в котором хранят дорогие, но незаконно добытые вещи.

– Зачем им целый сарай для этого? – Марк ухмыльнулся. – Они коров крадут?

– Не коров, а краденое. И добыча у них посерьезнее вашей. Я их иногда навещаю, чтобы деньги забрать. В последний раз они меня попросили найти талантливого кузнеца, который может обращаться с серебром. Мне интересно стало, начал расспрашивать. Ну они и признались, что хотят переплавить большую партию драгоценных металлов.

Тимофей выдержал паузу и отпил из своего бокала. Франт определенно наслаждался представлением.

– Это что же за артель такая? – озадаченно спросил Петр.

– Вас это волновать не должно. Важно другое. Их «надзиратель» – или «смотрящий», не знаю, как вы там таких называете, – жаловался на острые боли в животе. Он уже неделю еле ходит, с ним там только один охранник. Здоровый, но туповатый. Так что забрать их богатства будет несложно. Если все сделать правильно.

На балконе стало тихо. Воры напряглись, но продолжали смотреть в рот дворянину.