Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию #2

Оба покатились по земле, яростно сопя и мешая друг другу нанести тот самый, последний удар.

Иванов схватил руку с ножом и изо всех сил, пыхтя от натуги, старался как можно дальше отдалить лезвие от себя. Одержимый, напротив, сопротивлялся с яростью обречённого, надеясь если не ткнуть, то хоть полоснуть лезвием по инспектору. Другой рукой бес бил парня в голову. Умело, словно гвозди заколачивал.

Наконец подоспел Швец. Вспыхнула Печать, «сеятель» обмяк безвольной тушкой.

– Всё! Слышишь? Всё! – призрак трусил обалдевшего, с залитым кровью лицом, приятеля, так и продолжающего сдавливать кисть противника.

Наконец ему удалось оторвать парня от лежащего без сознания бывшего бесоносителя и оттащить в сторону, усадив на какой-то кочке. Серёга немного успокоился и теперь попросту отрешённо смотрел в сторону, ничего не соображая. Одно лишь он в этот момент знал точно – голова сейчас лопнет от боли.

До Антона, наконец, дошло, что друг немного неадекватен, и он приложил свою Печать к его голове, а затем взял вялую, безвольную руку Иванова с до сих пор горящей меткой, и тоже прижал к пострадавшему органу.

Через минуту стало полегче. Избитый кое-как смог сконцентрировать внимание на происходящем.

– Сейчас, сейчас… – пробормотал Иванов, уже осознанно держа Печать у головы. – Уже полегче…

Действительно, активированная метка словно вытесняла боль своим теплом, мягким и успокаивающим.

– Прямо как эликсир в компьютерной игрушке, – блаженно щурясь, через пару-тройку минут констатировал полностью пришедший в себя парень. – На глазах действует. Только вот рожа болит.

Швец присел рядом, бесцеремонно взял товарища за подбородок и внимательно осмотрел повреждения.

– Губа разбита, нос тоже, но набок не смотрит, хотя я не спец… Ухо распухло, причём сильно. Под глазами фонари будут, под обоими. Эффект очков обеспечен.

Сбоку кто-то замычал. Инспекторы непонимающе переглянулись. И только спустя целую секунду до них дошло: связанное тело! С трудом поднявшись, Иванов заковылял к лежащему, а Антон снова стал призрачным, но без исчезновения.

– Так нога не болит, – пояснил он. – Здорово тот бес меня лопатой приложил.

Тело оказалось женским. Мало того, ещё и знакомым.