Метаморфозы сознания

Ну, пускай развлекаются на берегу. А он будет стоять на страже и смотреть, как бы кто из местных тварей не закусил биологами. После того, как на одном из плавучих островов кого-то из учёных таки слизнули, в этом нехитром деле появилось куда больше смысла.

Фрейя утаивала слишком много, чтобы сбрасывать это со счетов. Ядовитые насекомые, ядовитые змеи, ядовитые птицы – всего не перечесть. Прячущиеся в норах крабы-охотники размером с винт дикоптера, медузы, полипы. А в море время от времени датчики ловили инфразвуковые сигналы, суть которых всё никак не могут понять научники.

Много тут ещё странного, а странное вполне может оказаться опасным.

– Группа «Гамма» вызывает «Сигюн», – сказал он в рацию. – Доложите обстановку.

– Чисто, сэр, – ответили с корабля. – Ни слонов, ни Тарзанов.

Это означало, что беспилотные квадрокоптеры не обнаружили с воздуха ни крупных животных, ни хоть сколько-нибудь разумных аборигенов. Правда, на Фрейе главную опасность представляли не «слоны», а мелкие насекомые и рептилии, подавляющее большинство которых вполне могло если не убить человека, то надолго отправить его в госпиталь.

Если верить документации, комбез защищал от укусов, но Джеймс давно привык, что даже самая современная техника может подвести.

Ближе к приливной зоне появились и обещанные рифы, едва выглядывая из воды. Их пришлось огибать, а в какой-то момент днище глайдера заскребло по песку, и Джеймс сдвинул рычаг смены режима хода. Машина слегка вздрогнула, становясь на колёса.

– Нет-нет, отсюда мы пойдём пешком, – поспешно заявил один из хмырей.

Джеймс пожал плечами и, отъехав от кромки воды, остановил глайдер.

– Последняя остановка, не забываем в салоне свои вещи, пожалуйста, – объявил он. Фиона одарила его ледяным взглядом. – Не смотрите на меня так, док. Надо же хоть как-то вас веселить.

– Остроты оставьте при себе, милый мальчик. Я развеселюсь, когда осмотрю эти скалы, – пробурчала она.

– Что же в них такого интересного? Ну, да, стофутовая приливная волна захлёстывает вершину обрыва, картина величественная.

Но такое на Фрейе везде, не только в этой зоне, к тому же сейчас отлив. Гномы стараются.

– Гномы?

– Угу. Думаете, в честь кого назвали фрейские луны? Альфригг, Двалин, Грер, Берлинг?

– Никогда не задумывалась, – мрачно отозвалась Фиона, разглядывая скалы. Ноги людей вязли в крупном песке, идти было тяжело, и ничто не скрывало эмоций Фионы, которая явно была готова удушить парня, предложившего идти пешком.