Охота на Горностая

– Требует, чтобы мы сообщили о похищении, – неспешно ответил де Бер, убирая телефон в карман брюк.

– Дерьмо!

Чуды невесело посмотрели друг на друга.

– Вы говорили, что дядя нашего маленького Рикки – большая шишка? – протянул Аэрба.

– Огромная, – вздохнул Вернон.

– В таком случае, сообщите ему и уходите в сторону, – посоветовал пират, внимательно глядя на Кольдера. – Здесь начинается игра по высоким ставкам, и я искренне надеюсь, что ваше определение «огромная шишка» соответствует действительности и Герро, наконец-то, сломают шею.

Чуды отнеслись к услышанному по-разному. Венсон коротко кивнул, выражая согласие, и вопросительно посмотрел на Горностая. Тот, в свою очередь, выдержал недлинную паузу, после которой негромко уточнил:

– То есть ты будешь рад, если кто-то сделает за тебя эту работу?

– Хм… – Серб широко улыбнулся, потёр подбородок, снова улыбнулся, после чего уверенно ответил: – Хочу ли я лично убить Герро? Перерезать ему глотку и искупаться в крови? Хочу ли собственными глазами увидеть, как жизнь покидает его скрюченное тело? Хочу ли смеяться, глядя на его смерть? Очень хочу.

– И будешь терпеливо ждать, когда это случится?

– Блин… – Расстроенный Венсон обречённо покачал головой: он понял, куда клонит хитроумный друг.

Несколько мгновений Уэрбо молчал, не сводя с рыжего парня внимательного взгляда, а затем в тёмных глазах серба мелькнул весёлый огонек:

– Ты абсолютно верно мыслишь, православный брат: я не буду ждать, пока ваша «огромная шишка» оторвёт Герро голову.

– Пока нет.

Но Аэрба тоже понял причину настойчивых расспросов и потому продолжил:

– Хочу уточнить, мои молодые православные братья, что дело весьма далеко от романтизма и прочих красивостей, о которых вы наверняка читали в книжках про пиратов. Мероприятие планируется грязным, таким, что можно на всю жизнь замараться, и я никому и никогда не советовал становиться таким, как я.

– Я и не собирался, – спокойно ответил де Бер. – Луминар похитил моего друга и должен ответить.

– Кольдер, не горячись. – Вернон без особой, правда, надежды попытался воззвать к разуму взбешённого Горностая. – Есть шанс, что Франц пойдёт на переговоры.

– Франц? – удивился Аэрба.