Наложницы ненависти

ОЧЕНЬ странная. Спящий засвидетельствовал бы – если он, конечно, видит хоть что-нибудь в своих снах, – что специально собрать за одним столом столь разных собутыльников невозможно в принципе, в игру обязательно должен вступить Его Величество Случай, разрушающий любые закономерности и расчеты. Заставляющий забыть о всякой логике, презреть правила и принципы.

Он и вступил.

И не просто вступил, а проявился во всей красе. И потому Муба, грозный четырехрукий хван, ласково обнимал за плечи обалдевшего от подобного дружелюбия уйбуя Копыто, низкорослого десятника Красных Шапок.

Пухленький Птиций, не обращая внимания на сидящую рядом девушку – немыслимый для конца случай! – увлеченно распивал очередную бутылку с Артемом и братом Ляпсусом, лучшим эрлийским хирургом. А рыжеволосая Инга, задумчиво подперев кулачком подбородок, внимала Захару, епископу клана Треми, одному из самых одиозных лидеров семьи Масан.

Захар был в ударе. Он был пьян до полуприкрытых глаз, что для вампиров большая редкость, но напившись Треми не превратился в желчного зануду, подобно многим соплеменникам, а читал стихи.

Хокку. По общему мнению – для Инги. Однако слушали все. По крайней мере, старались слушать.

– Кор-рот… кая зар-рис… овка, – объявил епископ. – Пр-риш… ла на ум, у берега мор-ря…

Треми покачнулся, но заботливая рука брата Ляпсуса позволила масану сохранить равновесие.

Печальный крик, крылом скользящий в пене,

Уходит в скалы, вверх, рождая волны,

Ветер умирает…

Несмотря на заплетающийся при обычной речи язык, стихи епископ читал чисто.

– Прекрасно, – прошептала Инга. – Я словно увидела этот берег. – Она помолчала. – Скоро будет шторм. Удивительные строки…

– А я ничего не понял, – проканючил Копыто. – Где шторм?

– Будет шторм, – ласково объяснил Муба. – Захар это увидел и передал нам.

– Но он ничего такого не говорил.

– Ты должен был это представить, – левая нижняя рука хвана, которая упиралась в край стола, предательски соскользнула вниз, но три другие пришли ей на помощь, не позволив Мубе приземлиться лицом в тарелку.

 – Чувство прекрасного.

– У меня его нет, – горестно подытожил уйбуй.

Небольшой мозг Красных Шапок, функционирующий исключительно благодаря виски, не мог вместить столь сложных вещей.

– Вырасти его, – предложил Муба. – А Захар поможет. Захар, ты поможешь?

Епископ молча стукнул рюмкой в стакан хвана, залпом выпил водку и уставился на притихшего уйбуя.