Наложницы ненависти

К сожалению, лицезреть это великолепие могли только свои: чтобы не привлекать ненужного внимания, концы окутали площадку мороком, и проносящиеся мимо автомобилисты видели только оранжевый забор да дорожных рабочих, уныло ковыряющих асфальт. Привычный московский пейзаж…

– Букмекеры всерьез думают, что братья Хамзи составят нам конкуренцию, – презрительно сообщила красавица Милана своему штурману, обер-воеводе Воляне. – Звучит оскорбительно.

– В прошлом году шасы пришли вторыми, – осторожно напомнила Воляна.

– Им повезло, – махнула рукой воевода Дочерей Журавля. – Гюнтер так расстроился, когда мы вырвались вперед, что пропустил их атаку.

Огромные зеленые глаза Миланы нашли на площадке двух чудов, командоров войны Гюнтера Шайне и Теодора ле Мана. Рыжеволосые рыцари негромко переговаривались, стоя у серебряного «Випера» и периодически поглядывали в сторону соперниц. Впрочем, в этом не было ничего странного: в Тайном Городе небезосновательно считали, что Милана не уступает в красоте самой королеве.

– А какие ставки на чудов? – спросила обер-воевода.

– Какая разница? – Милана весело рассмеялась. – Два самовлюбленных неудачника! Мы сделаем их на одном колесе! Наша девочка уже рвала их змею, порвет и сегодня!

Колдуньи выступали на черной, как безлунная ночь, «Ламборджини Диабло», завоевали Золотой кубок в прошлом году и считались главными претендентами на победу в этом сезоне.

///

– Выключай! – махнул рукой Кортес и захлопнул капот ярко-красного «Ауди ТТ». – Нормально.

– Неужели? – язвительно усмехнулся Артем. – И как ты это определил?

– На слух, – пожал плечами наемник. – Двигатель работает так, как должен, никаких посторонних шумов.

– Гениально, – рассмеялся Артем. – Метод запатентован?

– Это уникальное ноу-хау, доступное исключительно одаренным людям.

– И насколько ты одарен?

– Музыкальная школа по классу фортепиано, плюс два курса консерватории заочно, – зевнул Кортес.

– Получил? – улыбнулась выбравшаяся из «Ауди» черноволосая красавица Яна.

Артем засопел: Кортес был старше всего на восемь лет, но иногда эти годы казались веками. Во всяком случае, жизненный опыт наемника, успевшего послужить в военной разведке, не шел ни в какое сравнение с тем, что удалось впитать Артему.