Кардонийская рулетка

И бригадиру пришлось кивнуть:

– Пожалуйста.

– Спасибо. – Вестербильд повернулся к Кире и вкрадчиво осведомился: – Коммандер Дагомаро, я обратил внимание на то, что вы смотрите на меня с какой-то необъяснимой агрессией. Я ошибаюсь?

Землеройка, судя по всему, решил зайти издалека.

– Да, – холодно отчеканила девушка, глядя на портрет консула Онигеро, признанного всеми кардонийцами «отцом Конфедерации». – Ошибаетесь.

– То есть вы не считаете приотцев врагами?

– Нет.

– Но вы открыли огонь.

– Никто не пострадал.

– Но вы открыли огонь, – повторил Вестербильд. – Мне интересно, что вы чувствовали, приказывая стрелять в кардонийцев?

– Мне было неприятно, – без раздумий ответила – Кира.

– Хоть что-то, – оживился атташе.

– Вполне достаточно, – невозмутимо продолжила девушка. – Мне было неприятно видеть оккупантов на землях Ушера так же сильно, как разговаривать сейчас с вами.

Вестербильд покраснел.

– Бригадир?

Но на поддержку дипломат мог рассчитывать в той же степени, что и на уважение.

– Флаг Приоты оказался в грязи задолго до того, как его швырнула туда коммандер Дагомаро, – задумчиво произнес Хоплер, вертя в руке карандаш.

– Насколько я знаю, геологи выразили желание вернуться на архипелаг и командир нашей экспедиции с уважением отнесся к их решению.

Дипломатические выверты хороши на переговорах, с военными так шутить не следует.

– Не желаете повторить опыт? – осведомился бригадир. – Я могу выделить вам катер на обратную дорогу. Боюсь только, что не смогу снарядить команду.

Кира удивленно посмотрела на Хоплера: на ее памяти старый и крикливый бригадир никогда не отходил от полученных инструкций и не мог, физически не мог сказать то, что сейчас прозвучало.

– Вы мне угрожаете? – растерялся атташе.

– Конечно нет, – усмехнулся бригадир. – Угрожал я своему офицеру, обещая отдать под суд. А вас я просто спрашиваю. По-дружески. С уважением. Как кардониец кардонийца.

Вестербильд вновь покраснел.