Головокружение

Что же их всех на снег потянуло? Впрочем, ничего удивительного, учитывая нынешнюю погоду.

– Круиз вокруг Гренландии, – уточнил клиент.

– Не совсем вокруг – вдоль.

– Да, я помню. Меня все устраивает, нужно встретиться.

– Надеюсь, ваша жена в курсе?

– Что?

– Извините, – опомнилась Даша. – Это я не вам. В какое время вы хотите подъехать?

* * *

Южный Форт, штаб-квартира

семьи Красные Шапки.

Москва, Бутово, 7 июня, вторник, 11:46

– Наполовину?

– Да.

– Ты спятил?

– Нет!

– Мля, хреновину несешь! – Единственный глаз Кувалды Шибзича, великого фюрера Красных Шапок, яростно вытаращился на провинившегося бойца.

Как большинство дикарей, Кувалда не отличался ростом, лицом отчаянно смахивал на гладко выбритую обезьяну – волосы на Шапках почти не росли, – и предпочитал одежду из черной кожи. Высокий статус одноглазого подчеркивало качество этой самой кожи – Кувалда заказывал одежду у шасов, «крокодиловатый» пояс с бляшками и расшитой кобурой, а также медальон на толстой золотой цепи, который великий фюрер стал носить несколько месяцев назад.

Массивный медальон – на лицевой его стороне был выгравирован щит с мечом, а на оборотной – штопор, Кувалде продал Урбек Кумар, главный в Тайном Городе скупщик краденого. Продал втридорога, поскольку одноглазый мгновенно признал в странной цацке величественный символ, и с тех пор медальон застрял на фюрерской груди.

– Фикую хреновину несешь, мля! – Кувалда совсем не произносил «д» – свойственная Шибзичам шепелявость была выражена у него необычайно сильно, однако придворные лизоблюды утверждали, что милый дефект лишь подчеркивает крутизну семейного лидера. – Не могла казна вполовину уменьшиться. Это бреф и префательство!

– В натуре, нет, – растерялся Полено, которому не хотелось прослыть ни сумасшедшим, ни бунтовщиком. – Я ничего такого не понимаю.

– Почему так мало осталось?

– Чего мало?

– Фенег, фубина! Откуфа их так мало?!

Ответа на этот вопрос у несчастного Полено не нашлось.

Как, впрочем, и во всех предыдущих случаях.

Раз в месяц доверенный уйбуй великого фюрера получал в Денежной Башне запечатанный конверт с финансовым отчетом о состоянии семейной казны и привозил его в Южный Форт – компьютерной связи семейный лидер не доверял.