Деревня. Повести и рассказы о любви

Пока я ходил вокруг этой кучи у меня за спиной появилась фигура.

– Хотите что-то купить? – женщина с низким голосом, в широкополой шляпе, легкой юбке ниже колен и белой майке имела дочерна загорелую коже всех остальных частей тела.

– Я бы сначала воды холодной попил, если честно. А то у меня во всех баклажках скоро закипит.

– Могу предложить бесплатно чай. С арбузом или дыней вместо сахара. Хочешь?

– Не откажусь.

Мы устроились на импровизированно дастархане под навесом, пили чай, заедали арбузом. Вкус и аромат того и другого был буквально дурманящий.

– Чего семья с тобой не едет? – спросила Оксана, – продавец и охранник в одном лице.

– Нет у меня семьи. Сам мотаюсь по полям, командировкам, дома скучно одному сидеть. А твой муж почему не с тобой? – кивнул я на «обручалку» на ее руке.

– А лентяй он. Он дома под кондиционером и телевизорам жару и ночи коротает.

– Как это?

– Вот и я всегда задаю себе вопрос: Как это?

– А дети с ним?

– Нет у нас детей. Столько лет старались, но после обследования выяснила, что я могу забеременеть, а он не может сделать мне ребенка.

Я ему не сказала правды, чтобы не добивать. Вчера приезжал, – раз в несколько недель такое бывает, – и уехал. Что я ему скажу?

Во время чаепития быстро – почти мгновенно – стемнело. Усилилась духота.

– Далеко до ближайшей гостиницы? – спросил я.

– До ближайшего мотеля по пути твоего движения более четырех часов. В обратную сторону – чуть меньше.

– Не, не поеду по темноте ни вперед, ни назад.

В машине заночую.

– Комары сожрут. И мошкара. Садись в мою машину, съездим вместе на ставок, помоемся.

В ставке была тепловатая вода, но в сочетании с куском хозяйственного мыла после солнцепека это было то, что надо. Вернулись быстро, – я побоялся оставить на долго свой джип без присмотра в степи.

– Надумаешь от летающих тварей спрятаться – приходи в мой шалаш. Места хватит.

Я долго вертелся на разложенных сиденьях в джипе. Мошкара заела реально, и дело не в том, что я привык спать в трусах.

А из головы не выходили ее небольшие «арбузики» под майкой без лифчика. Белые на фоне загорелых коричневых плеч и рук. И спокойный голос, звучавший прелестной музыкой за чаем, в машине, на ставке.

– Оксана, я всё же воспользуюсь Вашим предложением перейти в шалаш. Еще можно?

– Можно, – распахнулся сетчатый полог. – Я постелила Вам тоже. Располагайтесь.

В шалаше был запах каких-то благовоний.

– Не обращайте внимание на запах дыма.