Пути Волхвов

Осторожно взял добычу из пасти и подвесил себе на пояс. Приготовлю позже.

Рудо обнюхал недвижно лежащего на земле мальчишку и лизнул его в грязную щёку с дорожками слёз.

– Что, Рудо, подвезёшь ещё одного седока? Да не переживай, он тощий совсем, заяц твой и то больше весит.

Рудо махнул хвостом, радуясь звуку моего голоса, и я истолковал, что пёс не будет против лишнего наездника. Я подхватил мальчишку. Он и правда оказался почти невесомым, будто даже кости были птичьими, полыми внутри. Я запрыгнул на спину монфа, устроил перед собой бесчувственного мальца и легонько надавил пятками на бока Рудо.

Если двигаться прямо по Тракту, потратишь много дней впустую, огибая Русалье озеро, а в конце пути попадёшь в Черень, столицу Чудненского княжества. Меня это не устраивало.

Я направил Рудо напрямик через чащу, в суровое Великолесье, пролегающее через территории сразу трёх княжеств и делимое четырьмя Великолесскими лесовыми, князьями всех лесовых.

Мальчишка всхлипывал, не приходя в себя, и изредка принимался что-то бормотать. Рудо нёсся сквозь лес резво, радостно, под толстой шкурой перекатывались сильные мышцы. Я знал, как он любит свободные поля и дремучие рощи, какой радостью полнится пёсье сердце, когда лапы топчут не твёрдую землю и не городские улицы, а утопают в мягком мху и сочной траве, когда ароматный пряный ветер треплет шерсть, а нос щекочут запахи таящейся в кустах и норах дичи.

Стоял мой любимый час: когда день уже прошёл, а настоящий густой вечер ещё не наступил, и кругом – только серо-сиреневое безмолвие, прохладное и таинственное, подёрнутое зелёным туманом лесного дыхания.

– Лесовой заберёт, – жалобно прохрипел малец, не открывая глаз.

– Заберёт, – подтвердил я. – Если захочет.

Не в моих правилах утешать людей и внушать им то, чему не суждено сбыться. Ни для кого в Княжествах не секрет: свернул с Тракта – будь готов к неприятностям.

– Идёт уже. Вижу. За мной идёт.

– Да что ты видеть можешь с закрытыми-то глазами? – хмыкнул я, понимая, что мальчишка, скорее всего, даже не услышит меня в своём состоянии.

Он бредил, не более того, но я на всякий случай стал внимательнее смотреть по сторонам.