Мамалыжный десант

Из обрывков разговоров офицеров стало понятно, что сейчас гаубицы на прямую наводку будут выходить, засеченные огневые точки немцев изничтожать. Тимофей артиллеристов очень уважал, но тут не понял: открытое же место, с трех сторон простреливается, как туда такие здоровенные орудия думают выставлять? Туда и ползучую сорокапятку не выкатишь: мигом по ней долбанут.

Связные и свободные связисты устроились за изгибом траншеи и задымили.

– Не пойму, чего они делать собираются, – размышлял рябой пожилой связист. – Зачем гаубицы? Побьют же враз.

– Наверное, прикроют их, – в сомнении предположил умный ефрейтор Быкевский. – Артналет организуют, гаубицы выскочат, отстреляются – и моментом назад.

– Ну да, они же вовсе незаметные, – угрюмо кивнул связист.

Тимофей в сторону немцев не смотрел – пейзаж, знакомый еще по маю. Третьего дня утром этот первый батальон пытался атаковать, но только метров двести и успели пройти. Огонь немцы открыли такой, что и так жидковатые роты мигом залегли и обратно поползли.

Ночью тела вытаскивали, и еще потери случились. Бойцу Лавренко, да и многим другим, было понятно, что от таких слабосильных атак никакого толку, а один вред. Если нужно фрицев беспокоить, так можно и как-то иначе их дразнить.

– Едут! – сказал ефрейтор.

Тимофей все же не выдержал. Выбрался на бруствер, как раз увидел, как мимо КП проносятся грузовики с прицепленными орудиями. Моторы надежно ревели, высокие гаубицы воинственно покачивались на рессорах. Здоровенные машины проскочили в полусотне метров от командного пункта.

В кузовах были видны пушкари – бодрые, улыбающиеся. Это они на своего комбата смотрят.

– Одним огневым взводом идут. – Связист потушил цигарку. – Второй прикрывать их и станет. Грамотно, этого не отнять.

Машины, виляя между воронок, живо проскочили метров двести – да, это не пехом с автоматом бежать. Остановились. Артиллеристы начали спрыгивать и отцеплять орудия, и тут по ним ударили пулеметы немцев. Было видно, как разом полетели щепки от кузова «студебекера».

Под огнем пушкари все же сбросили ящики со снарядами, начали разворачивать орудия. Грузовики уже неслись назад, задняя машина дергалась и неловко обходила воронки – явно ранен водила. А у орудий…

У орудий движения уже не было. Туда уже били минометы немцев, подключилась и фрицевская артиллерия. Сколько ни вглядывайся сквозь дым разрывов – никакого движения, никто назад не ползет, только вздрагивают и содрогаются беспомощные гаубицы.