Месть Аскольда

Правдивы твои слова, князь, сильна твоя башка, ничего не скажешь. За то и поклон от всей земли Русской.

Глава 15

Князь Василий очнулся на рассвете, когда ночной туман непроглядной пеленой окутал землю. Страшная боль жгла лицо, точно к нему кто-то прижал раскаленное железо. Он машинально схватился ручонкой за лицо и вдруг ощутил глубокую рану. Отдернув руку, глянул и обомлел: она вся была в крови. Его затошнило… И мальчик опять потерял сознание.

Вторично очнулся он от ощущения, будто кто-то гладит его по лицу, снимая боль и уменьшая жжение.

Он открыл глаза и замер от ужаса. Над ним нависла чья-то огромная страшная морда. Животное отскочило и миролюбиво лайкнуло. Василий хотел было его позвать, но, сделав попытку раскрыть рот, был пронзен страшной болью. Душераздирающий стон вырвался из груди. Он закрыл глаза, боясь пошевелиться. Вскоре он почувствовал, как его лица коснулось что-то влажное и нежное, и боль опять постепенно отступила.

Так продолжалось несколько дней, пока боль не утихла окончательно.

Впервые Василий захотел есть и, превозмогая свой страх, открыл глаза. Перед ним стояла рослая лобастая собака. Она виновато завиляла хвостом и ткнулась мордой в плечо ребенка. Мальчик обнял ее и заплакал. Пока он плакал, собака послушно застыла в его объятиях. Когда же Василий разжал руки, псина, как бы извиняясь, лизнула его несколько раз и исчезла. Но вскоре вернулась, держа в зубах куропатку. Положив птицу напротив мальчика, собака легла, внимательно наблюдая за ним добрыми карими глазами.

Василий вначале не понял, зачем она это сделала.

«Да ведь она принесла мне еду!» – догадался он наконец. Мальчик попытался было разорвать птицу, но сил не хватило. Тогда догадливое животное сделало это за него. «Ну, поешь!» – говорили ее глаза.

Василий еле открывал рот, просовывая в него кусочки мяса, и глотал, не жуя. Собака таким образом кормила его несколько дней, таская разную мелкую живность. Наконец он почувствовал, что может встать.

…Василий медленно брел, еле передвигая ноги, не зная куда, а рядом бежала его спасительница. Ночь они провели в обнимку, согревая друг друга, а на другой день животное точно подменили: оно отказывалось идти дальше. Василий хотел было позвать ее, но… не смог произнести ни слова! О Господи, часть языка отрубила половецкая сабля!

Василий сел и горько расплакался. Когда, наконец, высохли слезы, он обнаружил, что собаки рядом нет. Это еще сильнее огорчило его.