Месть Аскольда

Но с падением Козельска путь для татар остается один – на Запад.

Магистр ревнивым взглядом посмотрел на говорившего и как бы вскользь заметил:

– Есть еще и юг.

Герцог живо оглянулся на Германа фон Зальца.

– После Крестовых походов, оставивших больше пепелищ, чем обращенных в истинную веру заблудших, Батыю там делать нечего. Он, судя по результатам его деяний, далеко не дурак. Молниеносные взятия русских городов говорят о его силе и большом военном таланте.

– Однако военный талант варвара едва не померк, – заметил Ярослав.

– Вы имеете в виду оборону Козельска?

– Да.

– Я согласен с тобой, воевода, – усмехнулся герцог. – Местный князь – жаль, я не знаю его имени – показал непревзойденный военный талант и завидную храбрость. Досель никому не известный город сковал все силы татарского полководца! И каждому из нас понятно, что, окажи мы ему помощь, воинская слава татарской рати померкла бы под стенами этого города навеки.

– Вот поэтому-то мы и собрались, – вставил Конрад.

– Но я не вижу здесь главных заинтересованных лиц, – обвел присутствующих стремительным взглядом герцог.

– Ты имеешь в виду русских князей Михаила и Даниила? – уточнил Ярослав.

– Разумеется! – с пылом воскликнул тот.

Чех повернулся к Конраду. Тот понял, что от него ждут пояснений.

– К сожалению, это два непримиримых врага. Во всяком случае, Михаил заявил, что, если в походе примет участие Даниил, его ноги там не будет.

– Ну и дурак, – заключил темпераментный герцог.

Магистр поморщился.

– Я не понимаю, – не унимался Генрих, – зачем мы здесь собрались? Когда меня сюда направил император, я думал, что речь пойдет о помощи русским князьям. Я готов был это сделать. Мои воины ждут команды.

Молчавший до этого магистр, положив руки на подлокотники кресла, заговорил тягучим голосом:

– Герцог явно поторопился. Сегодня нет никаких сведений о местонахождении татарского воинства. И неизвестно, решится ли варвар на новые штурмы после наглядного урока Сечи.

Генрих с неприязнью посмотрел на говорившего. Его взгляд не ускользнул от Конрада. «Похоже, они ненавидят друг друга. Герман – верный слуга Ватикана, а герцог – императора. Но молитвами татар не остановить. А если они придут сюда? Этому может помешать Фридрих. Он же сам горячий сторонник борьбы с неверными. Именно он провозгласил, что пришел наш черед стать оплотом христианству против свирепого врага».

Мазовецкий приободрился и украдкой глянул на легата.