Месть Аскольда

– Выследи его и приведи ко мне, только живым. Понял? В награду получишь лучшего моего жеребца. Ступай, – и он вытолкнул слугу из шатра.

Вскоре лошадиный топот возвестил хану, что его приказ начал выполняться.

Известие о падении Козельска пришло под утро. Котян, сморенный долгой бессонницей, спал сном праведника, разметав по мягким шкурам могучие руки. Он громко храпел, и его долго пришлось будить.

Слова лазутчика не сразу дошли до сознания. Но, поняв, в чем дело, хан стремительно вскочил, сам облачился в одежды и приказал подать лошадь.

Весть мгновенно облетела стойбище. «Надо уходить! Надо уходить!» – неслось со всех сторон, но Котян твердо сказал:

– Пока не вернется Курда, мы никуда не двинемся.

Но молчала земля. Бесцельно шатались воины в ожидании команды. Не заставил хана стронуться с места и очередной лазутчик, известивший о приближении Батыя. Хан сидел не шевелясь, уставившись в одну точку. И только весть о прибытии гонца от Курды оживила Котяна. Но причин радоваться не было: сын воеводы Сечи с небольшим отрядом вырвался из города и уплыл на ладьях по реке в неизвестном направлении.

– Сыскать и доставить! – заорал в бешенстве хан.

Гонец прыгнул в седло.

– Ищите нас у венгерского короля! – успел крикнуть вдогонку хан, решив в последний момент все же уходить.

Но уйти без боя половцам не удалось. Батыевы полчища замаячили на горизонте. И Котяну ничего не оставалось, как извлечь саблю из ножен.

Татар в бой повел сам Субудай, и это чуть не стоило Котяну пленения.

Батый не знал, как отблагодарить своего полководца, доказавшего, что с годами талант его не померк. Старый воин расчувствовался. Когда они остались вдвоем, Субудай-багатур сказал:

– Прости меня, ан-Насир, но настало время раскрыть тебе одну тайну.

Полководец заковылял к выходу, но вскоре вернулся. Рядом с ним шел… русский. Хан с интересом взглянул на уруса и прочитал в его глазах глубоко скрытый страх. «Этот сделает все, что ему прикажешь», – подумал он и уселся поудобнее.

Багатур тяжело опустился невдалеке от своего повелителя.

– Кто это? – спросил у него Батый.

– Он тебе ответит сам, – загадочно произнес полководец.