Нигде

– Молчишь?

– Тебя я не боюсь.

– Это вселяет надежду.

Снова пауза. Теперь без напряга, просто тишина, просто молчание.

– Я тебе не верю, – неожиданно для самого себя сказал Герман. Он тонул!

– Зато я тебе верю. А вообще, извини, я неудачно пошутила, – Вера хохотнула, чуть вытянула губы и спокойно произнесла: – Ты не обижайся.

– Забудем.

– Как скажешь, – она отошла к фонтану, отвернулась.

Минуты полторы оба молчали.

– Я понял, в моей помощи ты не нуждаешься, – утвердительно сказал он, глядя на струйку воды.

– И да и нет, – ответила Вера, заметив на крыльце седовласого старика.

Выражение её лица изменилось: если минуту назад она напоминала победительницу, то сейчас смахивала на побежденную. Вера сникла, насторожилась, её порочные глаза заблестели, но то был иной блеск – блеск страха.

– Ты в порядке?

– Да… Все нормально. Герман, я пойду.

– А как быть с Виталием Борисовичем? – крикнул он вслед.

– А никак, – ответила Вера. – Виталию Борисовичу не обязательно быть в курсе событий.

Считай, что у нас с тобой появилась общая маленькая тайна. Или тайна большая, как тебе угодно, придумай сам. Ты же писатель.

– Черт вас всех дери! – проговорил Герман, оставшись стоять у фонтана.

***

Стук клавиш не умолкал ни на секунду, устали пальцы, затекли ноги, спина отзывалась тупой болью от неудобного сидения в скрюченном положении. Но то были пустяки, главное – пошёл процесс. Герман жадно печатал слова, предложения, абзацы, не в силах остановиться, перевести дух, откинуться на спинку стула и дать мозгу кратковременную передышку.

Он боялся упустить своё вдохновение, оно, наконец, к нему пришло, он сумел наладить с ним контакт и старался выжать из долгожданной встречи максимум пользы.

В тексте Герман делал много ошибок, исправлять их не спешил, было некогда тратить время на ерунду. Это все после.

Правка и последующая редактура написанного доставляли исключительно положительные эмоции. Кусок текста готов, кости обросли мясом, дело сделано, он на один шажок продвинулся вперёд.

А если каждый день продвигаться на шаг вперёд, через месяц можно написать заключительную часть романа.

Сегодня он решил сделать исключение из правил, редактуру отложил назавтра, бегло пробежался глазами по тексту, удалил пару лишних запятых, сохранил текс, после чего перенёс его на флешку.

На часах без четверти четыре, самое время, чтобы принять душ и распластаться на мягкой кровати. Захотелось спать.

…В полдень в номер постучали.