Экстрим на каникулах

Глеб, ножа в сумочке не было, – теперь Алька расплакалась от счастья. – Я пришла из школы без ножа. Без ножа, понимаете?

– Выходит, его подбросили позже.

– Каким образом, разве у кого-нибудь есть ключи от квартиры?

– Нет, – мотнула головой Алька. – Ключи только у меня и у мамы.

– У тебя две двери, ты обе закрываешь?

– В основном только наружную, металлическую.

– На задвижку?

– Задвижки у нас нет, я на нижний замок закрываю.

– Не стыкуется ничего, – злилась Люська. – Предположим, нож подбросили, проникли в квартиру и зачем-то оставили его в сумке Альки.

– Человек невидимка здесь пошуровал. Аль, а в чём ты была одета в пятницу?

– Дим, нашёл, чем интересоваться, – Люська толкнула Димона в бок.

– И всё-таки, Аль, проверь одежду.

Я понял, куда клонит Димон, он хотел удостовериться, что на одежде нет следов крови.

Димон вышел в прихожую.

– Нижний замок металлической двери хиловат, – сообщил он спустя пару минут. – Открыть его не так сложно. Опа!

– Что там, Дим?

– Идите сюда.

Мы выбежали в прихожку.

– Я могу ошибаться, но, по-моему, это кровь, – сказал Димон, ткнув пальцем в обивку металлической двери с внутренней стороны. На бежевом дерматине, на уровне нижнего замка, виднелся отчётливый бордово-коричневатый след.

– Да, на кровь похоже, – прошептала Алиса.

– Это кровь и есть, – махнула рукой Алька. – И я, и мама часто о замок пальцы режем. Смотрите, нам не совсем правильно установили планку, которая входит в дверной косяк, её врезали на несколько миллиметров ближе, чем следовало. Когда опускаешь ручку, а потом начинаешь толкать дверь, мизинец правой руки иногда касается планки. Острый край режет кожу, кровь сильно идёт. Мы раньше кусочек ваты скотчем на край планки прикрепляли, но он отклеивается быстро, а мастера вызвать руки не доходят.

– И давно на дерматине след крови?

– В четверг его не было, я убиралась, обивку дверей тоже протирала. Наверное, я в пятницу утром порезалась.

– Покажи ладонь, – потребовала Люська. – Правую.

Алька вытянула руку.

– Нестыковочка, нет у тебя на мизинце ни намека на рану.

– Но ведь…

– Не но, Аль, это не твоя кровь. Это кровь человека, который проник в твою квартиру и подбросил в сумочку нож.