Двойная игра

Сидя дома и пребывая в депрессивном состоянии, она таким образом решила заполнить образовавшуюся после расставания с Димоном пустоту. И теперь с утра до вечера печёт блины, пирожки, печенье.

Так дело не пойдёт, Люську надо спасать, иначе она начнёт кидаться из одной крайности в другую. Свою сестру я знаю очень хорошо – это чревато серьёзными последствиями.

Но вся загвоздка в том, что времени на спасение Люськи у меня катастрофически не хватает. Теперь, когда и Димон самоустранился, времени вообще в обрез.

***

Вечером, вернувшись от Иннокентия Ивановича, я без сил рухнул на диван. Сегодня старик выжал из меня все соки: дважды гонял в библиотеку, потом устроил разнос за сделанную в тексте опечатку, заставив перепечатывать страницу целиком (в обычные дни я ограничивался штрихом), а под конец сообщил, что завтра с утра мне придётся ехать в Балашиху. Там живёт его друг, и у того есть столь необходимые Иннокентию Ивановичу справочные материалы.

Завтра у меня вторым уроком химия, и у нас будет контра. Пропустить никак нельзя, химоза потом живьём съест. Но Иннокентий Иванович отказывался входить в положение – упёрся и точка.

Пришлось сказать старику всё, что о нём думаю (а думал я в тот момент плодотворно), собрать вещи и хлопнуть дверью.

И вот теперь я сижу на диване, в голове бардак, в желудке пустота, настроение на нуле. Люська опять топчется на кухне, чем-то громыхает, то и дело открывает холодильник, стучит посудой.

– У нас есть суп? – спросил я, пройдя на кухню.

– Нет. Но есть пирожки.

– А что на второе?

– Пирожки.

– Издеваешься?

– Могу сделать яичницу с сыром.

Желудок отозвался урчанием.

– Сделай, – согласился я.

– Как дела на писательском поприще?

– Никак.

– Да?! Он тебя уволил?

– Начнём с того, что я к нему не нанимался. Надоело горбатиться на деда.

– А как же хороший заработок?

– Подработку я всегда найду.

– Ну-ну. Только больше, чем платил Иннокентий, тебе никто не заплатит.

– Не факт.

Звонок в дверь и телефонный звонок раздались одновременно.

– Я открою, – Люська выскочила из кухни.

Мне пришлось снимать трубку. Звонил Иннокентий Иванович.