Двойная игра

– Тебя не учили, что читать чужие письма – дурной тон?

– Ты сама попросила ознакомиться с перепиской.

– Ни фига подобного. Я попросила обратить внимание на время переписки, углубляться в суть переписки совсем не обязательно.

– Ребят, не ссорьтесь, – Алиса села ко мне на колени и начала вертеть на пальце кольцо. – Что же получается, после избиения Вера включила компьютер и, как ни в чём ни бывало начала общаться с Люсей?

– С Мишаней, – поправила Люська.

– Глеб, это очень странно.

– Более чем, – согласился я.

– Только не в моей комнате, – сказала Люська. – Идите в гостиную. Там и раскладывайте.

– А ты?

– С какой стати я должна участвовать в этом деле? На Димку мне наплевать, на Верку тем более. Это их заморочки, пусть сами разбираются. Что знала, уже вам сообщила, теперь самоустраняюсь.

– Димон сам не свой, – пытался я достучаться до сострадания сестры.

– А обо мне кто-нибудь подумал? Ты хотя бы раз поинтересовался, каково мне было все эти дни.

– Ты не злопамятная.

– Не надо всё валить в одну кучу. Не злопамятная, но обидчивая. Димка меня предал, а предательства я не прощаю.

– Алис, пошли.

– Идите-идите, скатертью дорога.

В гостиной я взял лист бумаги и ручку.

– Расклад такой: выяснить, что произошло между семнадцатью сорока пятью и девятнадцатью часами вечера. Без пятнадцати шесть Димон разговаривал с Витькой.

– Ну смотри, минут десять Димке понадобилось, чтобы дойти до дома Кузоватовой.

– Записываю: семнадцать пятьдесят пять.

– Потом он вспомнил про конфеты и рванул в угловой супермаркет. Минут десять до магазина, минут десять там, и столько же на обратную дорогу. Итого полчаса.

– Восемнадцать двадцать пять. Интервал сократился до тридцати пяти минут.

– И за эти тридцать пять минут Димка должен был успеть напиться, запьянеть, избить Веру, найти деньги и убраться восвояси.

– Нереально.

– Но ещё более нереальным выглядит поведение самой Веры. По словам её матери, Вера оставила на автоответчике мольбу о помощи: рыдала, просила срочно приехать домой.

– Ага, а потом включила комп и начала обсуждать с Михаилом фильмы. Бред.

– Но в чём подвох, Глеб? Какие цели она преследовала?

– Если бы я знал.