Хочу, чтобы меня слышали! Книга 2. Золото Разрушителей

Убедившись, что все препятствия устранены, капитан встал с места и произнес здравицу в честь полковника, после чего все присутствующие, окромя Стеши, тоже встали со своих мест и выпили.

Стешину же рюмку Вронский якобы случайно, задев рукавом, уронил на пол.

С мелодичным звоном рюмка разбилась.

– Эдакий я, право, сегодня неловкий, – извинился Вронский.

– К счастью, к счастью! – загомонили все.

Матрос в одно мгновение заменил рюмку девушки и быстро наполнил ее водкой из того же графина.

На этот раз поднялся сам лоцман и провозгласил здравицу в честь недавнего венчания своих детей, обняв при этом Вронского и свою дочь, встав для удобства между ними.

На этот раз все обошлось – дружно выпили, пригубила глоток и Стеша, после чего все, кроме Вронского, с аппетитом начали закусывать.

Чекист не отрываясь смотрел на свою молодую жену, оживленно беседующую с капитаном, который слушал Степаниду, давясь от смеха от ее рассказок.

Улыбка сошла с его лица, когда девушка, потеряв сознание, уткнулась в плечо своего отца.

Следом за ней рухнул лицом на стол и лоцман.

Выхватив из кобуры револьвер, Вронский выстрелил в голову капитана корабля, который умер мгновенно.

Второй выстрел был предназначен штабс-капитану Развину, но прошедший не одну войну и побывавший в разных передрягах офицер, быстро сообразив, пригнулся и бросил в сторону Вронского початую бутылку коньяка, угодив тому прямо в голову.

Пуля чекиста пролетела мимо, разбив светильник.

Вронский от неожиданности и боли выронил револьвер и выскочил из кают-компании.

Штабс-капитан бросился за ним, на ходу расстегивая портупею, но догнать не смог – Вронский, оттолкнув матроса, рванул по трапу и растворился в ночном лесу.

Развин выстрелил в его сторону и рванул на себя дверь столовой, в которой дежурные матросы начали разливать водку в аккуратно расставленные чарки.

– Прекратить разливать водку! – страшным голосом прокричал штабс-капитан, отчего у дежурного матроса выпал из рук черпак.

Самые отчаянные любители зеленого змия попытались втихушку опрокинуть-таки уже налитые чарки, но и их остановил тихий, но решительный голос штабс-капитана:

– К водке не прикасаться, она отравлена. Ужин прекратить, подать сигнал тревоги!

Это предупреждение было излишним, поскольку на звук выстрелов уже поднимались по сходням и бежали с берега по трапу вооруженные солдаты с других кораблей.

Выпить водки команде «Иртыша» в этот вечер все же случилось.