Холод южных морей

Фаддей Фаддеевич на всякий случай просил графа Ливена (русского посла в Лондоне) приискать натуралиста, который бы согласился отправиться с экспедицией, но дело кончилось тем, что, приобретя все нужное для шлюпов, пришлось отправиться в дальнейшее плавание без оного.

В случае разлуки от бурь или туманов, Беллинсгаузен назначил Лазареву место соединения шлюпов на рейде Санта-Крус на острове Тенерифе, где надлежало запастись вином как для нижних чинов, чтобы разбавлять им питьевую воду, которая при длительном хранении приобретала болотный привкус, так и для офицеров.

В 5 часов пополудни 26 августа все гребные суда были подняты, и по сигналу приехал лоцман. Снявшись с якоря, шлюпы вступили под паруса.

* * *

Выйдя из Английского канала (пролива Ла-Манш), Фаддей Фаддеевич приказал штаб-лекарю Берху осмотреть матросов, дабы узнать, нет ли у них каких наружных болезней. Берх весьма обрадовал капитана, удостоверяя, что на шлюпе «Восток» нет ни одного человека чем-либо зараженного.

Это можно было считать великою редкостью, ибо в Англии больше, нежели где-нибудь, развратных прелестниц, особенно в главных портах. Так, например, капитан Крузенштерн, во время своего путешествия вокруг света, заходил не в Портсмут, а в Фальмут, для того чтобы избегнуть этой заразы, потому как в Фальмут заходят только пакетботы, отправляемые в разные места, и поэтому в городе меньше распутных женщин.

Лазарев же уведомил Беллинсгаузена, что трое из лучших его матросов заражены, однако медик-хирург Галкин обнадежил в скором времени их вылечить.

Это было очень важно, ибо сам по себе способ лечения ускоряет зарождение цинги.

– Вот проблема, Андрюша! Да черт бы с ней, с этой заразой! Но она, понимаешь ли, способствует развитию цинготной болезни, а мне в Адмиралтейств-коллегии прямо-таки все уши прожужжали: цинга, цинга, цинга… Да это и понятно – идем-то во льды…

– Да что ты так убиваешься, Фаддей! Закупи в Рио-де-Жанейро побольше свежих фруктов, и все дела.

– Ученый ты, конечно, человек, Андрюша, да, видать, не совсем, – укоризненно посмотрел на него Фаддей Фаддеевич. – Сколько же они могут храниться, эти самые фрукты? Пока обследуем остров Южная Георгия да землю Сандвичеву и подойдем ко льдам антарктическим, они как раз и кончатся. Вот нам бы побольше той черемши, которую вы с Григорием Ивановичем собирали где-то под Петропавловском на Камчатке, тогда было бы совсем другое дело.