Мертвая пехота. Книга вторая. Изгои

Вскрыл одну из них, и запрокинул голову. Тягучее месиво потекло в глотку. Жадно глотая его, Ловсон вспоминал вкус настоящей еды. Той, которая наполняла жизнь порочной сладостью. Отвлекающей от служения не хуже сомнений.

Привычные ранее блюда он больше есть не мог. Пробовал, но проглоченная пища рвалась наружу. Ловсон задыхался, выплёвывая зелёно-красные сгустки, перемешанные с едой. С горечью вспоминал как любил раньше дегустировать незнакомые кухни. Как любил салаты с зеленью и морепродуктами, желательно – именно нуслайтовскими.

Сейчас же натуральные продукты, или же вышедшие из недр корабельных концентратов – всё выкручивало внутренности Элая одинаково.

Смесь в сверкающих банках единственное, что усваивало обращённое тело.

– Пища богов, – говорил Шурхен, приставленный к их эскадрилье. – Благословлённая Отцом.

Приговорив две банки, Элай шумно выдохнул. Вновь обернулся на иллюминатор. Корабли уплывали в глубину космоса, вспыхивали дюзы маневровых двигателей. Колыбель ждала новые души.

Стратег торопливо вышел в коридор, чувствуя призыв из рубки.

На таких расстояниях связь не нужна. Когда Дракон хотел видеть своих бойцов – те уже знали об этом. Удивительное чувство. Храмы изучали человеческую плоть столетиями, но и близко не подобрались к таким возможностям.

Воннерут же овладел сам и обучил других.

На капитанский мостик Элай поднялся одним из первых. Замер, почтительно склонившись. Шурхен тоже был здесь. Жрец стоял рядом с Драконом, и казалось, что это не Боевой Лорд, а представитель Серго Совета собрал офицеров.

Будто бы серолицый морт был истинным командиром.

Шурхен выглядел недовольным. Губы поджаты. Крылья носа раздуваются в такт дыхания. В глазах ненависть.

Стратеги один за другим поднимались на площадку, занимая привычные места. Последним явился угрюмый Йорг. Шёл здоровяк нарочито медленно. Металлические ступени стонали под раздутым и деформированным скафандром.

Взгляд офицера не сулил ничего хорошего.

– Быстрее, Йорг! – процедил Шурхен.

Стратег проигнорировал слова жреца. Демонстративно остановился и прорычал:

– Не командуй мною, храмовник. Я подчиняюсь Боевому Лорду!

– Ты подчиняешься Отцу!

– Отцу, а не храмовнику! – Йорг поднялся на площадку. Встал, повёл плечами. Броню стратега распирало изнутри, словно под доспехом взорвался заряд.

– Мои слова – слова Отца, глупец! Мои устремления – устремления Отца.

– Должно быть наоборот, – ухмыльнулся офицер. Серое лицо жреца побелело.