Зачеловек

Он умолк, не зная, что сказать, всегда проблемы разговаривать с женщинами, все-таки его мир покажется, мягко говоря, жутким и такой продвинутой технофилке, как Виктория. Человек еще не готов видеть даже атомарную структуру мира, не говоря уже о состоящим из элементарных частиц. Он сам чуть не рухнулся, пока принимал такую картину, но и то переходит на нее лишь изредка, в случаях острой необходимости. Даже зрение у него чаще всего в узком «человеческом» диапазоне, не включая уже привычное ему тепловое зрение, рентгеновское, а также на гамма-лучах и еще восемнадцать других, для которых еще и термины надо придумывать, а ему достаточно лишь сделать небольшое волевое усилие, чтобы ими пользоваться.

– Я смотрю, как видите, – ответил он осторожно, – без очков.

Она улыбнулась.

– Спасибо, что не сказали, что пользуюсь наркотиком.

Он спросил шокировано:

– Я мог бы сказать?

– Вы нет, – подчеркнула она, – но уже создано движение за полное запрещение УР. Не слыхали?

– Пропустил, – ответил он. – Что я за ворона? Это непростительно!

Она сказала быстро, удивленная такой резкой реакцией:

– Да перестаньте, никто не может знать все на свете. Это движение только-только проклюнулось, вчера выступили за полный запрет, ибо УР якобы всего лишь технологический аналог химических наркотиков! Да-да, подобно наркотикам искажает реально подлинную картину мира.

Он покачал головой.

– Нет, я так не считаю, – ответил он так мягко, что удивился сам. Повторил, прислушиваясь к своим словам: – Да, не считаю… Эта усовершенствованная реальность… хотя термин неверен, точнее бы – усовершенствованное восприятие, ведь речь не о самой реальности, а о восприятии ее… но это так, мелочи.

– Не мелочи, – возразила она живо, – вы абсолютно правы!

– Спасибо.

Тигги осторожно заглянула в комнату, вроде бы Виктория и Олег еще не подрались, удивительно, как они могут вот так сидеть и разговаривать, Виктория уже через две минуты любого мужчину характеризует, как тупого грязного павиана, после чего перестает его замечать, а сейчас вот сидят и разговаривают очень серьезными голосами с серьезными лицами.

Оглянулась, Мрак развалился на софе и рассматривает ее с ленивой насмешливостью.