Проходящий сквозь стены

Ослеп, начал погружаться все дальше, в темноте проступило серое, посветлело, я ощутил, что до выхода из стенки осталась пара миллиметров, затих, прислушиваясь, затем очень осторожно, остро сожалея, что глаза у меня не на щупальцах, выдвинул часть морды лица.

В коридоре пусто, на кухне возбужденные голоса. Донеслось:

– Костя, ты постой у двери. Смотри за площадкой, ничего не упусти. Ты, Хорек, быстро пакуй товар. Если уйдем без него, нам не жить, хозяин отыщет и на морском дне. Здесь на пару миллионов долларов!

– Да знаю-знаю, – донесся испуганный голос.

 – А что с тем парнишкой?

– А то, – ответил невидимый мне старшой. – Ты обгадился, тебе и мочить.

– Мне? Мочить?

– А что, лучше, если в ментовке заложит?.. Начнут спрашивать, все приметы выложит!

Хорек сказал плаксиво:

– Да я никогда…

– Цыц! Когда-то начинать надо и тебе.

– Фокс, может быть, ты?

– Делай, – велел Фокскиллер жестоко. – А мы машину подгоним и посмотрим, чтобы все чисто.

А тот, который Костя, добавил:

– Долго не возись. Если те уже едут сюда, то мы ждем десять минут и уматываем.

– Без меня?

Фокскиллер бросил уже от двери:

– Тебе здесь работы на три минуты.

Они уже открыли дверь, младший вскрикнул испуганно:

– А если вы уедете, куда мне?

– Уходи к Немому, – велел Фокскиллер. – А нам нельзя рисковать засветкой.

Послышались шаги, я поспешно вдвинулся обратно в ванную, осмотрелся дикими глазами. Ничего лишнего, обычная ванная, куча всяких дезодорантов и мазей на полке, словно здесь живет женщина или педик, два шкафчика по углам, там тоже всякая мелкая хрень, я поспешно упал на четвереньки и заглянул под ванну.

Там, в пыли, среди пыли и грязи, какие-то палки, обломки вантуза и швабры, а также… ломик, настоящий ломик! Поменьше тех, которыми дворники скалывают лед, эти вроде бы зовутся на воровском жаргоне фомками, но когда я ощутил надежную тяжесть в руке, на душе заметно полегчало.

Конечно, можно целиком уйти в стену, пусть строят догадки, куда делся пленник из запертой ванной, но со злости могут уничтожить одежду, а что я буду делать голым? Да и потом как объясню все случившееся хотя бы милиции? Или знакомым, которым могу позвонить с просьбой насчет одежды, когда эти трое уйдут…

Голова хоть и разогрелась, как кастрюля с выкипевшей водой, но работает четко, картинки вижу ясно, руки перестали вздрагивать.