Трое из Леса. Трилогия

Тьма надвигалась – догорела последняя веточка. Таргитай наклонился, с силой подул в красные уголья. Взвился пепел, затрещало, яркие сполохи ударили во тьму, как раскаленные до красного жара мечи. Когти, что схватили Таргитая сзади, разжались. За спиной раздался раздраженный рев, словно огромный ящер опалил лапы. В воздухе повис запах горелого мяса.

Костлявая лапа дотянулась до Олега, зацепила когтями за пояс. Волхв беспомощно опрокинулся на спину. Таргитай перехватил его за ноги, потащил обратно, но голова и руки Олега были в темноте, оттуда дернули так, что едва не разорвали жертву надвое.

– Олег! – заорал Таргитай. – Да очнись же!

Волхв вяло задергался, вдруг с силой лягнул Таргитая по лицу. Вырвавшись из тьмы, упал, горящие угли под ним с жутким хрустом рассыпались во все стороны, но вспыхнули напоследок, тьма отпрянула, однако угли тут же начали покрываться серым пеплом.

Таргитай в отчаянии огляделся. Первым погиб Мрак, не одолев звериного клича, теперь гибнут они под натиском порождений Тьмы…

За шею схватили холодные липкие пальцы.

Он ударил ногой, целясь в невидимое ему туловище, промахнулся, сзади схватили за одежду, руки. Упал, укусил что-то скользкое. Его тащили в темноту, он пытался ухватиться. Пальцы вдруг ожгло. Сцепив зубы, захватил горящий уголь, быстро ткнул им в мокрого жаборотого упыря.

Зашипело, упырь с визгом отпрянул. Таргитай выбрался из скользких рук, на четвереньках отбежал к остаткам костра. Мокрые спины упырей колыхались, вместе с огромными кожанами они навалились на Олега.

Волхв не сопротивлялся, его утаскивали за деревья.

Таргитай схватил в пригоршни горящих углей, с воплем швырнул на чудовищ. Угли разгорались на лету, оставляли дымные следы. Первый упал на спину крупного упыря, между лопаток взвился пар и желтый дым. Уголь с шипением погружался в упыря, а тот сразу осел, мертвенно-желтое тело расплылось, как плевок на горячем камне.

Остальные упыри отпрянули с визгом, двое уже корчились, расплываясь в желтоватые лужи слизи.

Таргитай рывком подтянул Олега к себе, ударил ногой в бок:

– Вставай, трус! Уже светает!

Упырей видел отчетливо, над вершинками деревьев серело небо. Таргитай сжал кулаки, изготовившись к последнему бою. Силы на исходе, в голове звон, а перед глазами кровавые пятна… но отвратительные твари отступают, закрывают глаза лапами, отворачиваются от света!

В ушах Таргитая все еще стоял звон. Внезапно он понял, что это от внезапно наступившей тишины.