Сулла бы одобрил

Я сказал с рассчитанной нерешительностью:

– Вообще-то я бы предложил к проблеме вечной жизни, которую штурмуем вот уже тридцать лет, зайти с другого боку…

Саруман смолчал, шеф должен откликаться только на важное, Фальстаф спросил живо:

– Ты о чем?

– О цифровизации, – пояснил я, – простой народ ее не примет и в цифру перейти не захочет. Уже по себе зрю. Там почти все растворятся, это как два пальца… Но каждый хотел бы жить вечно или бесконечно долго вот так, как живут сейчас. Это им понятно и наглядно.

Саруман нахмурился, но снова смолчал, Фальстаф высоко вскинул брови, ну вылитый Брежнев, только толстый и авто водить не умеет.

– Что значит, – уточнил он, – как есть? Мы не медики!

– Медицина, – пояснил я, – сейчас сплошное Бородино и Аустерлицы. Я же не предлагаю разрабатывать новые лекарства, биология не наша отрасль. Мы физматики, вполне можем посоревноваться в разработке наноботов, что будут плавать в крови и обеспечивать круглосуточный надзор за здоровьем.

Саруман наконец-то услышав суть, заметил ровным голосом:

– Многие рванулись по этой дорожке. Думаешь, сможем тягаться с гигантами вроде «Гугла» или «Майкрософта»?

– Дорожка не одна, – напомнил я. – Их тысячи, и никто не знает, какая успешнее. Вспомните ликование, когда создали первый квантовый комп!.. Но до сих пор не выбрали даже тип, который стоит развивать и совершенствовать. От фотонных, ионных, кварковых, бозонных и прочих рябит в глазах, один другого лучше, но пока даже платформу не определили! Все новые и новые появляются одна другой сенситивнее.

Фальстаф сказал живо:

– Да, там интересная ситуация. Много дорог и все не тупиковые. Но по всем идти не хватит силенок, да и ученого народа маловато. Сейчас все в инфлюенсеры прут… Берлог, ты считаешь…

– …Что стоит рискнуть, – закончил я. – У нас хорошие шансы. Саруман, что скажешь?

Саруман посмотрел на меня очень внимательно.

– Не ожидал, что вдруг озаботишься о простом народе.

Я сдвинул плечами.

– Возможно. Но зато мой мозг… ладно-ладно, разум ясен, как никогда. Простой народ пока что нужен. Дать ему здоровье и хорошую работоспособность в наших интересах. Чтоб не болели, а работали.

Фальстаф, которого от длинных объяснений в сон клонит, сказал бодро:

– Я за, но прерывать работы с оцифровкой нельзя, мы же продвинулись так далеко!

– Далеко, – согласился я.