Берсерк забытого клана. Тернии Великого Разлома

– Ты осторожно донесёшь до каждого жителя о секретном собрании, – я приступил к непосредственному инструктажу своего засланца в массы, – Объяснишь, что будет сильнейшая охрана, воздвигнутая самыми сильными боевыми Магами-Вольниками. Никого лишнего пускать не будут, а сразу сразят засранцев непрошенных магическими коромыслами, громом и магической Рунной Молнией! – я нагнал ужаса.

Ту-к тук! Тук!

– Феликс? – из-за двери раздался призыв Василисы. – Пришла Прасковья и Дед Ермак.

– Иду! – крикнул я, оторвавшись от беседы, и сразу повернулся опять лицом к Тимохе.

– А-то!? Спрашиваешь, баре! – козырнул бывший ватажник беспризорников. – Всё обставлю по уму! – выдал он и первым выскочил за дверь, чуть не снеся с ног Василису.

Я не спеша поднялся и улыбнулся обалдевшей девчонке.

– Ой, господин Феликс, – смутилась красавица. – А-а-а? А куда так Тимка ускакал? – она не смогла удержаться от вполне правомерного вопроса.

– У него дело наметилось на стройке, – выдал я и подмигнул Василисе.

Она сразу смекнула, что я резанул отговорку. Да и провести эту девушку очень сложно. Она обладает чем-то таким… Но! Но об этом я поговорю с нею позже.

– Ты всё правильно поняла, – я подбодрил молодую барышню, будущую графиню Распутину. – Просто так получается, что пока это строжайшая тайна, но и тебя коснётся она. Твоё участие практически самое главное. Я смогу рассчитывать на твою всеобъемлющую помощь, а? Помощь – на всю катушку, – я обратился к девушке очень серьёзно и с максимально возможной честностью.

– Я никогда не смогу отказать вам, господин Феликс, – задумчиво проговорила красавица, не отводя от меня своего умного взгляда. – А сейчас, после вашего прошения, честного – я помогу всей душой, – тут она улыбнулась. – Пойдёмте пожалуйста, вас все ждут…

Глава 4. Виват делегатам первого съезда величайших травников!

Моего появления в общей комнате бойцы отряда отъявленных заговорщиков ждали с нескрываемым нетерпением.

Прасковья, на минуточку, вообще ничего не понимает, поэтому смущённо топчется, почти в уголочке, и смотрит на дворян испуганными глазёнками, как на явление спасителя.

Посему, я решительно занялся разрядкой атмосферы всеобщей нервозности, сопряжённой с неопределённостью и неуверенностью за успех будущего мероприятия с проникновением в Рунную Академию….

– Господа и дамы, – проникновенно изрёк я, только-только переступив порог.