К югу от полуночи

Так почему бы не воспринимать это именно так? Может быть уже завтра я проснусь в своей постели с повязкой на лбу и жуткой головной болью. А сейчас давай посмотрим, что ещё мне может предложить серый Чикагинск, полная копия нашего Чикаго тридцатых годов, если конечно верить местным газетенкам.

Ночной город мне понравился куда меньше дневного. Ни тебе неоновых витрин, ни ярких вывесок, ни света фар снующих туда-сюда машин, только тусклые фонари и скудный свет отдельно взятых окон. В такой темноте за каждым углом и мусорным баком мерещатся монстры из детских кошмаров и грабители с ножами наперевес.

Мой юный проводник прыткой ящерицей скользит по мостовой, уводит меня вглубь узких проулков. А я точно тупой баран слепо следую за ним, спотыкаясь в темноте о бордюры. Эх, сейчас бы сюда фонарик или хотя бы спички.

Стоило только подумать об этом, как пальцы сами собой сложились в замысловатый жест, щёлкнули друг о друга подушечками и выбили черноту ночи яркой вспышкой белого света.

– Ого! – восхищенно вскрикивает мальчуган, таращит на меня огромные зенки.

 – Как? Как это у вас?

Я и сам хотел бы знать, как это у меня. Но не показывать же первому встречному свою растерянность. Где-то в глубине своей памяти, между кличками всех кошек и рецептом бабушкиного пирога, само собой отыскивается объявление. Я так умел всегда. Да-да. Именно так. А ещё вот так и вот так. В голове как будто что-то взрывается и я утопаю в огромном вихре каких-то образов, заклинаний и ритуалов. Да, чёрт возьми, что это такое?

– Мистер… Мистер… Сэр! – взволнованный мальчишеский голосок снова выдерживает меня в реальность, и я ловлю себя на мысли, что уже какое-то время молча стою и пялюсь на светящуюся ладонь.

– Чего тебе? – озадаченно фыркаю и встряхиваю рукой. Свет пару раз моргает и растворяется в темноте.

– У вас всё в порядке? Нас же ждут.

– Ну так веди, – не скрывая раздражения прикрикиваю я на мальчишку.– Тебя для чего послали? Лясы точить?

Мой проводник подпрыгивает от неожиданности, явно не ожидая такой грубости в свой адрес, и пускается по темным улицам с двойной скоростью.

Я еле как успеваю за ним. Быстрым темпом мы пересекаем ещё два квартала и останавливаемся у трёхэтажного здания, в окнах которого тускло мерцает свет. И пока я осматриваюсь по сторонам, мальчишка пропадает из поля зрения, будто и не было его никогда. А мне остаётся лишь одно – шагнуть в неизвестность навстречу возможно своей судьбе, а возможно и новым неприятностям.