Народные Сказы о древней истории Русов

И пришли предъ него два сына-царевича,

и сказали так: «Что плачешь, отецъ,

а разве мы не руки твои?

А разве мы не сила твоя страшенная?

А разве ты не глава наша мудрая,

сединами войны убеленная?

И речешь намо, что делати,

такъ и будемъ то делать тебе!»

И всталъ царь Огыла отъ плача своего,

благословилъ сыновей на царствованье,

и сказалъ имъ, чтобъ любили друг друга,

а самъ до воза полезъ, ногу закинулъ,

чтобъ прилечь отдохнуть, и не могъ уже,

и подняли его царевичи, как перушко,

положили на коврецы бархатные,

обложили кругомъ подушками

и сказали: «Теперь сиди, отец нашъ,

на возу своемъ гремячiемъ,

и прави нами, будь главою нашей,

а мы тебе во всемъ почетъ дадимъ,

во всем тебя, отца, послухаемъ.

И скоро сталъ слабъ царь Огыла тотъ,

и скоро Богу преставился.

Положили его сыновья на сани богатые,

украсили златом, сребром, цветами,

въ бубны били, людей сзывали на похороны,

на погребенiе великое царское.

И вырыли люди могилу большую,

в земле хоромы сложили изъ дерева,

камнемъ кругомъ обстроили,

положили царя Огылу въ санях,

дали ему коней борзыхъ, чтобъ ехать дале,

на Тотъ Свет, до Наве-Реки,

и, чтобъ было чем платить перевозу,

положили горшки с червонцами,

серебромъ, медью мелкою,

чтобъ всехъ царь Огыла тотъ оплатить могъ,

чтобъ ни в чемъ не нуждался на Томъ Свете.

Положили ему мяса, творогу сухого,

крынку сметаны, муки, зерна, хлеба мешокъ,

и зарыли съ плачем могилу ту,

насыпали на ней курганъ большой

и на немъ посадили дубокъ молодой,

чтобъ хранилъ царя, тень давалъ в лете

да чтобъ гнездились въ немъ птички вешнiе,

да спивали бы царю радостно,

что пора ему вставать тожъ, потягатися,

коли снегъ сойдетъ, трава выйдется

да вырастутъ петушки да барвинок.

А потомъ три дня поминки правили,

за Огылу-Царя пили медъ, квасъ да вино,

и песни передъ курганомъ пели, боролися,

чтобъ еще раз царю Огыле среди нихъ побыть,

чтобъ еще ему съ ними радоваться.

А по техъ трехъ дняхъ Братья сказали:

«Нынче жить надо такъ, чтобъ отецъ нашъ,

на Томъ Свете на насъ глядючи, радовался!»

И еще другъ другу клялись въ верности.