Народные Сказы о древней истории Русов

И росли дети те, какъ трава въ степи,

сильные, здравые, веселые,

да и стали подрастать, стали бороться,

на коняхъ скакать, до людей тулиться,

военному делу учиться, саблей рубить,

пикою врагу грозить невидному,

говоря такie слова всякiй разъ:

«Погоди, враже, царями будемо!

Мы тебе укажемо, какъ нашихъ бить,

какъ девчатъ хватать, уводить въ степи!»

И любилъ ихъ за то народъ вольный,

за ласку ихъ, за хоробрость ту,

да за то, что всехъ защищать обещалися,

что клялися быть людямъ верными,

отцу не перечить, всехъ хранить,

и за то, что братья целовали бляхи,

что на возу отцовскомъ были повешены,

и гремели, звенели, коли кони идутъ,

а то, чтобъ все знали, что царь Огыла едетъ!

И еще целовали бляхи те царевичи,

обещались всякую беду сломить,

да чтобъ народ живалъ счастливо,

чтобъ слезы единой ни по чем не пролилъ,

да чтобъ было отцамъ уваженiе,

матерямъ почитанiе, детямъ храненiе,

да чтобъ старцамъ былъ кусокъ хлеба,

молока крынка, покой к старости,

да чтоб дети кормили ихъ, во всем слухались

и не было бы нигде небреженiя,

ни вдовамъ, ни сиротамъ забвенiя.

Радовался царь Огыла на нихъ,

молилъ Бога, чтобъ росли здравые,

чтобъ николи ихъ беда не тронула

да чтобъ слово свое исполнили,

что давали, бляхи целуючи.

И случилась съ врагами тутъ война лихая,

налетели в ночи, побили многихъ,

и скочили царевичи наконь,

за врагами погнались, отбили полонниковъ,

сами врагов въ полонъ взяли, къ возам пригнали,

и съ того часа стали мужать они,

во всемъ царю покорялися, въ силу вошли,

и всякiй разъ враговъ били въ сече крепкой,

другъ за друга летя, какъ голуби,

другъ дружку храня въ бою лихом,

и какъ соколы враговъ когтили,

боронитися не давали имъ,

а людей своихъ защищали саблюкою,

и рубили сплеча, пополамъ къ седлу

врага злого, незадачного.

Вотъ и стал царь Огыла хворать,

сталъ и силы лишаться опрежнiя,

да хотел воза поднять единожды

одной рукой, какъ опреждева,

да не смогъ и двумя изъ ямы вытягнуть,

и селъ наземь, уплакался,

сталъ речи вести, что не може онъ более жити,

надъ народомъ своимъ царевати,

якъ силы давно лишался той,

а и самъ враговъ бить не могъ больше.