Зелёный гамбит комбинатора

…

При входе в одну из «книжек-высоток» по указанному адресу для приобретения ваучеров, весел транспарант на уровне двадцатого этажа «Дом народной ПРИХВАТИЗАЦИИ». У входа уже успела образоваться приличная очередь, но продвигалась она достаточно быстро. Не прошло и часа, как Оскар приблизился к посту с охранником.

– Прошу предъявить документ, – Иванов-Бендер протянул паспорт.

– Цель визита, что желаете? – поинтересовался охранник.

– Желаю пройти в банк БВСН.

– Идите в ЖОПу!

– Куда ты меня послал? Да я тебя… Пошёл сам туда!

– Что, вы? Как можно? Мы же интеллигентные люди! Это такая аббревиатура … нашего нового охранного предприятия (женское охранное предприятие).

– Спасибо большое, – сухо произнёс Оскар и удалился в направлении, указанном охранником, но вдруг за спиной услышал недовольный голос:

– Лучше маленький доллар, чем большое спасибо.

Открыв дверь Иванов оказался в большом предбаннике с секретаршей, которая занималась собой, так как пока не пользовалась большим спросом и поэтому ещё не знала себе цену. Напротив стола секретарши красовалась две массивные латунные таблички «Начальник ЖОП» и ниже «Чудо Творская», прикрученные латунными шурупами к двери, обитой коричневой натуральной кожей, и уточнявшие кто в доме хозяин. Видимо, меняя только нижнюю табличку, большим начальникам удавалось экономить на смене нижестоящих начальников.

Вдруг дверь резко открылась и из неё вылетел с истошным воплем посетитель – седой щуплый мужичок, логично, считающий себя непревзойденным интеллектуалом, а ее – законченной идиоткой:

– Дура!

И вместе с ним из магнитофона через открытую настежь дверь на просторы приёмной вырвались строки «не уставной» поэзии:

«Плавно опустился мой кулак могучий,

Фраера из кармана сдуло ветерком,

Все четыре зуба сразу сбились в кучу,

Ну и пару граждан с ними за одно.

Тихо и достойно он меня покинул,

Так что даже глазом не успел моргнуть.

Уши по асфальту в стороны раскинул,

Поперек кандалки лег он отдохнуть»

– Да, … этого посетителя так вежливо послали, что ему было невежливо не пойти, – мелькнуло у Иванова-Бендер, – у этого начальника мало знать себе цену, надо ещё пользоваться спросом.