Курьёзы Комбинатора в тонких намёках на толстые обстоятельства

– Вот здорово! – обрадованно воскликнул вихрастый парень из зала.

– А чем она болела, Михалыч? – поинтересовался кто-то из зала у Кашпо.

– Коклюшем.

– А костыли зачем?

– Дедушке несла…

– Да, неприятный моментик для дедушки, – послышалось из зала…

– А давайте-ка я вам лучше зачитаю вот это письмецо из не распечатанного конверта, – Кашпо вскрыл конверт и поднял руку с письмом, затем, положив на стол стал читать: «Дорогой Анатолий Михайлович, после ваших сеансов почувствовали себя хорошо. Теперь по ночам танцуем и поем, правда, люди сначала пугались, но постепенно привыкли.

– Опять что-то не то, прости меня господи, – и Кашпо немного расстроившись на несколько секунд замолк…

– А давайте-ка я вам лучше зачитаю вот это письмецо, – Кашпо порылся на столике, – а вот оно: «Мой муж 10 лет был парализован, но после второго сеанса – вдруг встал с инвалидного кресла, плюнул в телевизор – и ушел на кухню»! – Вот видите, плюнул и попал!.

– Да…, редкий случай…

– Но признаюсь вам, как на духу, случались со мной курьёзы и весьма прибыльные…, – он замолчал, обдумывая стоит ли рассказывать следующую историю… Затем стал медленно поднимать правую руку вверх, а затем решившись, резко опустил её вместе с японским заклинанием «Хусим».

– Однажды ко мне заявились бандиты. Наставили оружие и потребовали: «Давай миллион, а то прикончим!..»

– Как же они посмели так не культурно поступить с вами? – возмутилась какая-то женщина в первом ряду.

– Конечно, не культурно, и я такого отношения к себе не ожидал! – Кашпо немого помолчал. – Нате, говорю я им, усритесь!..

– И что? – заинтересованно спросил кто-то из зала.

– Через три дня приходят снова и просят, чтобы я у них принял три «лимона», со словами: «Дорогой, Христа ради возьми свои бабки назад с процентами, сил больше нет – понос замучил, сплошное недержание».

– Хорошо, – говорю я им, уговорили, – не срите!..

– Значит, всё-таки осознали! – удовлетворённо произнесла женщина с первого ряда…

– На четвертый день смотрю опять заявляются, но уже с пятью миллионами и просят, чтобы я взял их поганые деньги, со словами: «Представляешь, Александр Михайлович, мы уже … день не срём, два не срём, три…»

– Ну что делать, пришлось взять под дулом пистолета, со словами: «Спокойно, мужики! Главное – не ссать!» – аплодисменты в зале…

– Вот такие вот дела случаются, – и, утерев лицо платком, сказал, – теперь можно разное.