Буркачан. Дилогия «Порог греха». Часть 2

Это говорило о том, что хозяйка редко бывает дома. В углу – рукомойник с подставленным под него большим цинковым ведром, полочка с мылом и зубной щёткой. У стола – два табурета. Цинковый бочонок с водой.

В печку одним краем упиралась деревянная кровать – можно греть ноги лёжа – с толстым твёрдым матрацем, покрытым шерстяным клетчатым одеялом и двумя подушками на нём. Горка белья подсказала Алесю, что оно приготовлено для гостя, но он постеснялся разбирать чужую постель. Погасил свет. Бросил на лежащую у кровати медвежью шкуру свою брезентовую куртку-энцефалитку, лёг на неё и задумался: «В сущности, как мало надо человеку для того, чтобы жить спокойно, в достатке, а главное – свободно, не обременяя себя ни лишней одеждой, ни мебелью, ни другими вещами!» Вспомнились слова Степана: «Она живёт в согласии с природой, по её законам, а не нашим, человеческим, давно испохабленным ложью».

В дверь постучали. «Дэги!» – пронеслось в мозгу. Алесь щёлкнул выключателем и открыл дверь. Вошли два милиционера: рядовой и сержант.

– Кто вы такой? – строго спросил сержант нетвердым голосом, сонно моргая. От него густо несло водочным перегаром. Намётанный взгляд Алеся отметил: недавний солдат, приглашённый на службу в милицию. Сотрудников, особенно в таких отдалённых от центра районах, днём с огнём не сыщешь! Хватались за любого, кто оттянул армейскую лямку, знал строй, команду и умел владеть оружием.

– Может быть, вначале поздороваетесь, представитесь? – вежливо сказал Алесь.

– Кто ты такой, – икнул сержант, – штобы… штобы я тут перед тобой расписывался? Документы есть? Показывай!

И вновь услышанное слово «документы» с ударением на втором слоге больно ударило в сердце: «Да что же это такое? Десятилетия проходят, а эта мразь в стране никак не переводится! Явно в армии тоже был сержантом, в «дедах» ходил, над новобранцами измывался, ублюдок». Так хотелось дать ему в рожу!

– Я майор войск специального назначения, здесь по поручению губернатора области, – спокойно и твёрдо сказал Алесь.

Сержант трезвел на глазах. При упоминании губернатора у него сдавленно булькнуло в горле: ведь именно по приказу Салипода они денно и нощно не спускали глаз с домика Дэги, да и с неё самой! Он был ошарашен и не мог собраться с мыслями, чтобы хоть что-то ответить этому незваному гостю.