Буркачан. Дилогия «Порог греха». Часть 2

В конце одной из них, упирающейся в тайгу, находился домик Дэги. Шли они неторопко и тихо, не потревожив сторожкий сон ни одной собаки. И никто не встретился им на пути.

Прощаясь, Алесь неловко привлёк к себе девушку, намереваясь поцеловать. Она мягко отстранилась. Алесь послушал её удаляющиеся шаги и двинулся обратно. В голове жарко звенело. Приятная истома заполняла всё тело: «Неужели это со мной?» Но он не терял чувства реальности, тренированного годами тревожной напряжённой жизни. Спиной он чувствовал чьё-то внимание на себе.

Оглядывался, но в непроглядной тьме – облака полностью захлобучили небо – никого не увидел. О чьей-то тайной слежке сказал Степану.

– Ты прав, – подтвердил тот, – спецназовский нюх тебя ещё не подводит! Губернаторские ищейки бытуют и в нашей тьмутаракани: интересуются Дэги. Но не волнуйся: вряд ли ты их заинтересовал!

Спал Алесь плохо. Ранним утром уже был в районной гостинице, но почти до половины дня ждал, когда проснётся после загульной ночи кандидат в депутаты областной думы Бахчинян.

На аэродроме, пока компания чиновников усаживалась в самолёт, поглядывал в сторону села – не покажется ли лёгкая фигурка девушки. Дэги провожать его не пришла.

Степан утешил друга:

– Она не хочет мелькать лишний раз.

– Ты прости меня, Стёпка, прости старого пня! Никогда такого не было, – он постучал себя кулаком в то место груди, где располагалось сердце. – Словно тридцать лет с души слетело! Молодо здесь! Песенно!

– Понимаю! Как не понять? Дэги, брат, такой крючок, на который попадает не такая рыбина, как ты.

Без срыва. И без наживки.

– Прости меня, друг. Ведь всё от неё зависит. А у меня сил нет сопротивляться.

– Да не казнись ты! И рад за тебя, и боюсь. Много, много непокою принесёт она с собою, – проговорил слова из известной сказки про Конька-Горбунка. – Дэги взрослая девушка. Сама решает, что да как. Я тут ни при чём.

Человеческую жизнь, вроде бы определённую творцом так называемой судьбой, Алесь сравнивал с широкой полноводной рекой.

Такое сопоставление изрядно отдавало махровым шаблоном, многократно использованным чуть ли не всеми литераторами мира, но, видимо, более точного сравнения было придумать трудно. А по утолованной дороге ходить легче.

Плывёт человек по реке жизни в лодке, знаменующей собою некую основу бытия, вдруг бац – ткнулась лодка в камень, скрывающийся под бурунами, черпанула воду бортом, а то и перевернулась.