Золотой дурман. Книга третья. Месть золотого идола

Пужаные уже, – пренебрежительно хмыкнул он и тут же молниеносно обхватив ноги Степана, резко дёрнул их на себя. Не ожидавший такого оборота, тот с размаху шмякнулся оземь. Острая боль пронзила его раненое плечо.

– Сюда, мужики! – выкрикнул он, успев перехватить руку с кинжалом.

Раздавшийся выстрел чиркнул пулей по потолку грота – это вовремя подоспевший Ефим успел помешать Атаману расправиться со Степаном.

Вмиг толпа казаков скрутила отчаянно сопротивлявшихся разбойников.

– Выводите! – бросил Ефим товарищам, крепко удерживающим лиходеев.

– Острёмились мы, однако, – с досадой произнёс Атаман, оглядев небольшой отряд казаков.

– Как последние лоховесы[63 - Лоховес* – мужик, жох.], – добавил Шиш. – Это Филин, выгадок[64 - Выгадок* – урод, выродок.], забазанил[65 - Забазанить* – закричать.], как бахалда[66 - Бахалда* – крикливая баба.]: «Засада!» – вот и острёмились… Почти всех наших порешили, – щурясь от яркого солнца, окинул он разбросанные вокруг тела разбойников.

– Тащите сюда этого предателя! – кивнул Ефим на малый грот.

Сыгыр и Епифан кинулись выполнять приказание и вскоре вытащили из пещеры упирающегося Туулая.

– Думал, забыли про тебя?!.. Не-ет! – придётся и тебе за содеянное ответить, – встретил его Степан, не задумываясь, что тот не поймёт русской речи. – Ну вот – теперь все здесь…

– А пушнины негусто, – озадаченно приподнял мешок, набитый Поликашкой шкурками, Никита.

– Куда награбленное дели? – обвёл сердитым взглядом бандитов Фёдор.

– А ты пошарься по округе, может, ещё чего сыщешь, – ехидно пробасил Атаман.

– Думаешь, они тебе скажут? – криво усмехнулся Ефим. – Западло у них добровольно награбленное сдать. Допытываться, куда пушнину и золото спрятали, – только время терять… Отправляться нужно, кабы к вечеру до Бакая успеть…

– Обыщи их, – бросил ему Фёдор.

– Это мигом, – быстренько, по очереди, обшарил бандитов Антип. – А ну, пошли! – замахнулся он ружьём, выгоняя лиходеев из их насиженного логова.

– По-ошли… – лениво повторил Атаман, неторопливо обводя окрестности загадочным, орлиным взглядом.

– Задумал что-то, – заметив поведение главаря, шепнул Фёдор на ухо Ефиму.

– Никита, присмотри-ка за ним повнимательней – не упускай из виду.

Раскалённые послеполуденным солнцем камни жаром дышали в лица пробирающихся по горной тропе людей.

– Передохнуть бы да по нужде сходить, – обливаясь потом, взглянул на Ефима просительным взглядом Мартын.

– Да, не мешало бы, – поддакнул Атаман.