Букет из белых лилий

– Да-а, прискорбно, что для некоторых законы не писаны, – мрачно произнёс Арсений. – Думаю, не раз ещё поднимется их рука на этот роскошный лес…

– И, к сожалению, ничего не сделаешь, иначе одна дорога – вслед за лесниками и активистами… – подытожил Степан. – Поэтому – улыбочку, и на мажорной ноте до дома…

– Как раз во время вернулись! – встретил их идущий из бани Василий Афанасьевич. – А я баню смотрел – жару хоть отбавляй, так что можете собираться. Снегу нагрёб – ежели у кого есть желание из баньки в сугробе искупаться.

– Ну, что, девчонки, мы первые, – вызвались ребята.

– Мы не так охочи до жара, так что мужикам у нас дорога.

– Тогда мы по-быстрому – только скинем лишнюю одежду.

Вскорости в футболках и трусиках мужчины выскочили из дома…

– Ну, батя постарался!.. Хороша банька!.. А от веника с душицей какой аромат! Давай-ка я тебя хорошенько попарю, а потом ты меня… Эх, хорошо!.. После лыжной прогулочки, да веничком похлестаться.

– Я в сугроб… – раскрасневшись от парильной процедуры, выскочил из бани Арсений.

– Я – пас, скоро хоккей по телевизору начнётся, – заторопился Степан.

– А кто играет?

– «Авангард» – «Металлург».

– Иди, болей… Я лучше ещё пару заходиков сделаю – соскучился по баньке…

«Вот фанатик, смотрит всё подряд. Ладно если бы „Сибирь“ играла – ещё можно поболеть»… Отдыхая телом и душой, Арсений, лёжа на полке, с наслаждением вдыхал смешавшиеся ароматы дерева, берёзовых листьев и душицы.

Тихо хлопнула дверь…

– Что, вернулся, Стёпа? Матч перенесли на другое время?

Тишина…

Дверь в парилку открылась, и Марина в костюме Евы остановила жаждущий взгляд на Арсении. Тот машинально прикрылся веничком.

– Не прогонишь… – тихо произнесла она.

– Не делай глупостей, Марина… – растерянно ответил Арсений.

– Любовь – это не глупость.

– Но она должна быть взаимной.

– А разве я не заслуживаю взаимности? Посмотри на мою фигуру, на мою грудь, – повернулась она из стороны в сторону, демонстрируя своё обнажённое тело.

– Я не рисую картины в стиле «ню»… Не спорю: и фигура, и грудь у тебя восхитительны, но этого мало для любви.

– Дурак ты, Арсений, если бы ты знал, сколько мужиков хотели бы оказаться на твоём месте, но мне нужен только ты.

– Марина, пойми – я не хочу любить наполовину – только тело.