Букет из белых лилий

 – со страхом на лице выбежала из кабинета Светлана Михайловна…

Всю дорогу до детского дома Арсений угрюмо молчал. Чувство горечи за Алёну и чувство негодования на её воспитательницу будоражили его детскую душу.

«Всё равно это тебе с рук не сойдёт», – скрежетал он зубами…

В коридоре их встретила директор и, нахмурив брови, посмотрела на мальчика.

– Надежда Васильевна, пройдёмте ко мне в кабинет, а ты, Арсений, иди к себе в комнату…

– Только что звонила директор дома малютки и рассказала о возмутительном поведении Арсения Ковалёва.

Как же вы допустили такое?

– А она не рассказала вам о недозволительном поведении своих сотрудников, которые бьют своих подопечных – маленьких детей?

– Да, и об этом разговор тоже был. Но она просила, чтобы мы не давали хода этому делу, а они забудут про инцидент с нашим мальчиком.

– Значит, вроде как сторговалась, – ухмыльнулась Надежда Васильевна.

– Ну, зачем же вы так?

– А как ещё?! Эту Беляеву близко к детям нельзя допускать.

Я не одобряю поступок Арсения, но я его понимаю. Вам наверняка поверхностно рассказали о случившимся, а вот послушайте, как оно на самом деле было…

И Надежда Васильевна в подробностях рассказала то, что они увидели в доме малютки.

– Я вас понимаю, – согласно кивнула Наталья Семёновна. – Вы правы – это недопустимо, но я дала слово. Если ещё раз оттуда поступит подобный сигнал – они ответят за всё сполна…

На следующий день Арсений стал упрашивать воспитательницу позвонить в дом малютки, узнать как там Алёнка.

– Ковалёва Алёна?.. Мы отправили её стационар.

Тогда Надежда Васильевна набрала телефон больницы.

– Я звоню по поводу Алёны Ковалёвой…

На другом конце провода долго кряхтели, покашливали:

– Ковалёва, Ковалёва… Она умерла вчера вечером – мы очень опечалены случившимся, – наконец-то наигранно трагическим голосом сообщили на другом конце провода.

– Как умерла?.. – подавленно произнесла Надежда Васильевна и омрачённая новостью, машинально положила трубку.

«Как об этом сказать Арсению? Это убьёт его неокрепшую душу… Скажу, что лежит в больнице, чтобы немного подготовить его. Допустим, там карантин и запрещены посещения»…

Так она и сделала.

– А когда мы сможем к ней придти?

– Скорее всего, когда снимут карантин.

Но как воспитательнице не жалко было причинять боль, а сказать правду всё-таки пришлось.