Квест

А сейчас позавтракайте, да отдохните пару часиков.

А Леха последние слова, словно, уже и не слышал.

– А это от того?

Сантиметрах в тридцати над столом ….

В полумраке кабинета вращение этой штуковины можно было бы и не заметить, но, когда знаешь ….

– Не, у того двигателя подшипник заклинило, – он и так больше полугода без остановки работал. Я же сказал вроде, что не знаю, как остановить. Теперь стало понятно, что нужно, всего лишь, нарушить центровку.

– А это? – Леха воспользовался паузой.

– Это? – Засмущался Начальник. – Первый вариант. Упрямый до невозможности. Вертится, как ему хочется. И, упаси боже, в какой-либо корпус заключить, – тут же останавливается.

– А если открыто? Только в подшипники? – Подсказал из-за спин Санька.

– Этого я не пробовал. – Признался Начальник. – Да, я только вчера и узнал, в сейфе, что ротор там только висит в центре, но не вращается.

– А почему он в статоре сначала работал, а потом перестал. – Санька опоздал к началу разговора, – и потому придется начинать объяснения сначала.

*

7.

На одной зарплате уборщицы, и так, не проживешь, а тут еще и дочь частенько начала на замужество намекать. Вот, и приходится приработки искать. Слава богу, найти можно.

– Ты где это так наклюкался? – Время, конечно, не позднее, но береженого бог бережет. Валентина от греха подальше перебежала на другую сторону улицы. И мужик – … туда же. Валентина в страхе оглянулась.

«Санька? Одновременно ведь, кажется, через проходную проходили?».

«Наклюкался» – это еще слабо сказано, – Санька шел, ничего не соображая, широко растопырив руки.

– Кто? Я? – Санька долго пытался ее разглядеть, потом узнал, и пьяно рассмеялся:

– А? Это ты Морозова? Осуждаешь? Дура ты баба, Анька. Ну, позволил себе на донышке ….

– Тазика, или корыта? – Валентина широко развела руки.

– Дура ты баба. – Повторил Санька. – Им-мею п-раво. Сегодня я потерял своего друга. Не скажу, что лучшего, но мы дружили. – И Санька завалился на хлюпкий, доживающий свое последнее время, забор.

– Глаз, что ли, нет, пьянь подзаборная? – Тут же раздалось из глубины небольшого сада.

– Не шуми, бабка Нюра. Цела твоя крепость.

– А, это ты, Санек? Где же сегодня промок? – Вышла к калитке дородная женщина. – Где так опять набрался?

– Беда у меня, Аня. Друга своего потерял. – Санька принял-таки вертикальное положение. – Леху-то помнишь? Вот, его. – Санька громко икнул. Больно мне, Аня.