Шахидки. Роман

Вдруг новый начальник выгнать нас собирается? Неужели ты не выручишь деда Рамиля? Вы же у меня только двое.

– Юлька! – зашептала Валя. – Ты с ума сошла? Отберут тир, а Рамиля на улицу! У него же маленькие внучки!..

Альтернативы, как поступить, не было: или-или… И Юлька махнула рукой на собственное «я». Сказала, как отрезала курковый палец:

– Ладно. Остаюсь…

Мирзоев появился в тире в полковничьей форме и со свитой. Юлька сняла очки. Синева из-под глаза уже начала спадать, даже глаз открылся. Полковник оглядел неровный строй и произнес, обращаясь к Рамилю Ахсановичу:

– Погляжу, чему ты их научил, старый.

Рамиль Ахсанович назвал их с Валей фамилии. У Юльки был первый номер, у нее – второй. Изготовились для стрельбы, доложили.

Из глубины выплыли мишени.

Мирзоев стоял сбоку от Юльки с биноклем на шее. Она тут же вообразила его физиономию в прицельном круге и нажала курок. Зародившаяся в ней злоба помогла собраться. Она садила в мишень пулю за пулей, нисколь не сомневаясь, что они летят в рот с золотыми зубами.

Отстрелялись они за половину отпущенного им времени.

Холеная морда вразвалочку двинулся к мишеням. Следом засеменила свита. Сзади всех – Рамиль Ахсанович. Зато возвращался он первым и еще издали показал большой палец.

– Недаром свой хлеб ешь, старый, – сказал полковник тренеру.

Затем окинул их с Валей приценивающимся взглядом. Пошевелил усами. Протянул назад, не глядя, руку. Кто-то вложил ему в ладонь две коробочки.

– За успехи в стрелковом спорте, – громогласно и со значением объявил он, – награждаю вас ценным подарком – часами.

Протягивая коробочку, задержался взглядом на Юлькином лице. Отрывисто спросил:

– Как зовут?

Она чуть было не брякнула: «Жанна», но вовремя опомнилась.

– Юлия, – произнесла, придав голосу хрипоту.

– Дерешься? – кивнул на синяк.

– Даю сдачи, – прохрипела она.

– Правильно, – важно кивнул он и еще раз внимательно оглядел ее.

Сердце у нее захолонуло: узнал! Но на физиономии полковника ничего не отразилось.

– Молодец! – Потрепал Юльку по щеке. Повернулся к деду Рамилю: – Вот что, старый. Твою лавочку первого августа я прикрываю. Но-но, не шебутись, без работы не останешься. Будешь тренировать своих снайперш. В боевом тире.

– Но позвольте, – дёрнулся тренер, – стрелковая секция…

– Не лезь в пузырь, старый, – оборвал его полковник. Развернулся и, ни с кем не попрощавшись, двинулся на выход.