Амарант

Продав лишь часть этого имущества по дешевке, можно было жить несколько недель вполне богато.

– Присаживайтесь, комендант. Попробуйте суп, мясо, овощи. Все свежее, хорошее.

– С удовольствием, – согласился Нана и невольно улыбнулся. Староста лично подал ему тарелку с самым сочным куском мяса. Вожак попросил столовые приборы. Хозяин протянул их ему дрожащими руками, даже не пытаясь скрыть страх перед инквизитором. Начинать трапезу первым было бы невежливо, поэтому атаман легко кивнул в сторону своего напарника.

– Да, точно. – Староста начал судорожно открывать горшочки. – У нас нет человечины…

– Я не ем человечину. – Яромир мог вытерпеть разные предрассудки, но каннибализм был перебором.

– Разве?

– Да. Как и большая часть людей, продолжающих быть верными своим создателям.

– А я слышал, что вы постоянно друг друга жрете. Особенно в тех поселениях у левиафанов.

– Слухи врут.

– То есть такие, как вы, вообще этим не занимаются? Помнится мне, фиванский императорский род именно так и прервался.

– Такой симптом безумия иногда проявляется. Очень редко. Но меня безумие не поразило.

– Пока, – уточнил здоровяк.

– Пока, – Яромир громко вздохнул.

– Так что вы будете?

– Пахнет кашей. Могу я взять ее?

– Конечно. Дорогая, положи нашему гостю каши. Вы можете поесть вон там, – староста указал на табуретку, стоящую рядом с комодом. Крамольный послушно взял свою еду и сел на указанное место. Он не планировал лезть в разговор, чтобы лишний раз не раздражать местных.

Нана отрезал маленький кусочек и положил в рот. Очевидно, что после нескольких месяцев специальной диеты, включающей только походную крупу, блюда казались ему самыми вкусными в мире, атаман с большим трудом сдержал стон удовольствия. Нельзя давать жертве понять, что она может тебя задобрить.

– Ну как? – не выдержала напряженного молчания жена старосты и сразу же ощутила на себе злобный взгляд здоровяка.

– Хорошо. Для крамольных. А теперь перейдем к делу.

– Да-да. Все, что знаю, расскажу.

– Конечно. Чей это был дом? Как давно там появилась крамола? Что изменилось в деревне с появлением ереси? Что вы думаете о происходящем? – суровым голосом сказал Нана.

– А что рассказывать? Дом этот давно заброшен, пять лет уж никто не живет. Раньше он деду с бабкой принадлежал. Дети у них… это… Ну, это. Померли.