Непотерянный край

Через минуту девушки спустились в цокольный этаж помещения, где располагалась столовая. Оставив верхнюю одежду на напольной металлической вешалке, Горелова уже собиралась пойти за разносом для еды. Но тут она увидела, что её подруга не следует за нею.

– Ты что, Ань, опять есть не будешь? – несколько взволнованно спросила Катя.

– Да, не буду, – подтвердила Сердцева. – Потребности в еде как-то не ощущаю в последнее время. Да и разве я так уж сильно исхудала с тех самых пор?

Анна ласково улыбнулась; Кате же пришлось признать, что её подруга и вправду «почти не изменилась».

Когда Горелова вернулась за столик с тарелкою ухи в руках, Сердцева сказала:

– Да, кстати, с моим психотерапевтом Екатериной Опекунцевой у меня связь отличная!

– Это та самая, которая помогла тебе простить твоего мужчину? – усаживаясь за стол, уточнила Горелова.

– Не просто мужчину – всех мужчин! – весело смеясь, ответила Анна. – Я ведь раньше вообще была обижена на весь род мужской, ты помнишь?

– Помню! – Катя улыбнулась от нахлынувших трагикомических воспоминаний.

– Так вот эта твоя тёзка, психотерапевт, помогла мне избавиться ото всех этих обид! – с какой-то даже гордостью заявила Анна.

– А что тебе рекомендовала Опекунцева? – поинтересовалась Горелова.

– В первую очередь она советовала мне не игнорировать своё страдание, – ответила Сердцева.

– Поясни, – съев ещё одну ложку ухи, попросила Катя.

– Понимаешь, когда человек пытается не обращать внимания на свои переживания, они от этого только усиливаются, – глядя на подругу своими выразительными ореховыми глазами, разъяснила Анна.

– То есть когда наша сущность, наша Природа, посылает в наше сознание подобный болевой сигнал, то она просто настойчиво просит нас рассмотреть кое-что в самих себе? – сообразила Горелова.

В это время две молодые девушки за соседним столиком непонимающе посмотрели на Екатерину.

– Именно! – Сердцева тем временем радостно хлопнула в ладоши. – Поэтому, если человек хочет навсегда избавиться от своих страданий, ему нужно поступить ровно наоборот…

– «Отдаться» своей боли? – снова смекнула Горелова – и снова удостоилась сконфуженных взглядов сидевших неподалёку девушек.