Реалист

Дыхания уже не хватало, ноги подкашивались от усталости и подворачивались на грудах мусора. Он стремился найти убежище, где можно было бы спрятаться, переждать, передохнуть.

От его дома ничего не осталось. Да и от города тоже. И если есть шанс выжить, он найдет силы, чтобы добраться до Зенита. Хотя бы дождаться помощи от него. Если тот город, конечно, еще цел…

Тут и там встречались мертвые тела. Местами раздавались стоны, крики и плач. Как бы Омар не хотел – он не мог им помочь. Ему бы самому спастись.

Он оказался на улице, когда началось землетрясение.

На него не обрушились стены, он не упал с высоты, но падающее здание рядом все же задело – на ногу упала железная панель, а руку засаднил при падении на бок. Под штанину заглянуть не успел и потому опасался перелома, но сейчас не до этого. Однако боль не оставляла индуса в покое и, перебираясь по грудам хлама, он кривился от жжения.

Наконец самое тяжелое осталось позади, и Омар оказался у уцелевшего (более-менее) старого склада. Три стены еще стояли.

За ними, частично заваленные, пласты железа, трубы, рельсы и тому подобное.

Он вошел сквозь разрушенную правую стену. От нее остался лишь уголок, соединяющийся с дальней стеной. Вокруг валялись кирпичи и стекла от подкровельных окон.

Индус не ожидал увидеть там людей. Сначала он замялся, но все же прошел ближе к ним. У стены сидели рыжеволосая кудрявая женщина, чумазая и испуганная; мужчина с кровоточащим порезом от переносицы и вдоль щеки; белокурый юноша в клетчатой рубашке, потирающий большую фиолетовую гематому на руке.

Нового человека в своем убежище они приняли спокойно, ничего не говоря. У всех на лице читался шок и боль. Теперь они все равны.

Под ногами у них лежала какая-то материя. Мужчина вытянул уголок из-под себя, предлагая присесть Омару. Не церемонясь, тот присел рядышком.

Под крышей громко свистел ветер. Висевшая на одном болте рама скрипела, шатаясь из стороны в сторону, норовясь упасть.

– Здесь небезопасно, – сказал Омар.

– Знаем. Сейчас нигде не безопасно, – ответил мужчина с порезом довольно равнодушно. – Можешь предложить что-то лучше? – в его голосе слышалась нотка раздражения.

Женщина и юноша уже с интересом стали глядеть на будущую перепалку.

Неожиданно слух пронзил надрывающийся женский визг где-то недалеко. Он продолжался секунды две, но после еще долго стоял в ушах эхом. Женщина, сидевшая рядом, явно занервничала.

Вслед за визгом начался гул. Электрический гул.