Песня Золотого Дракона

Затем, Джень показала свой портал – две доски с девяноста набитыми вверх острием гвоздями в каждой. Мне, честно говоря, стало плохо. Сработал механизм защиты, я стала отговаривать Юльку, настаивать, убеждать, что это очень больно и небезопасно. Джень заставила меня замолкнуть, успокоив и убедив, что ТАК НАДО и все под контролем. Она показала мне Лицензию. Ангел 2 ранга. Я заткнулась.

Алиса слушала не перебивая.

– Конечно же, она это сделала! Кстати, имей в виду, что у нее напрочь отключен инстинкт самосохранения.

Она после тех событий перестала бояться смерти. Вообще. Одно время даже искала ее. Я насилу тогда успела ее перехватить. Той зимой, когда тебя отозвали, она в таком состоянии была, что даже говорить страшно. То истерила, кричала, что Бога нет, что нет на свете справедливости, а в жизни нет никакого смысла, то молча лежала сутками напролет отвернувшись к стене. Ничего не ела, никого не хотела видеть. Сначала ее жгла температура, сорок с лишним градусов на ровном месте. Благо с ней тогда жила Ольга. Она ее отпаивала, сбивала температуру, переодевала, а через три часа опять градусы в гору. Ох, и намучалась она с ней тогда. Но мне очень помогла. Врачи ничего понять не могли. Психосоматика. Нервное потрясение. Поставили диагноз «Энцефалопатия на фоне нервного срыва». Через неделю температура стала спадать. Ольга на работу вышла: и так проторчала с ней две недели безвылазно. Юлька решила на 13-й этаж подняться, покурить на балконе пожарной лестницы. Мне все это не нравилось, конечно, я протестовала, но разве ее убедишь? Взяла Ольгины сигареты, поднялась наверх, стоит, курит, смотрит вниз и думает: «А что, если взять сейчас, перевеситься через перила и вниз. Сколько интересно времени займет полет?» Легла животом на перила и ноги отрывает от пола. Я окаменела. У меня ступор какой-то. Я очнулась, кричу ей: «Прекрати, это опасно, опусти ноги!» А она мне: «Отстань! Все равно в моей жизни никакого смысла». Висит и все больше вниз клонится. Перестала меня слушать вообще. Тут меня осенило, я к Ангелу дочери обращаюсь, помощи прошу, да только он не слышит меня, они, видите ли, там на пару с ней музыку слушают! Я ору ему: «Сейчас же, немедленно, матери пусть звонит, теряем ее!» Услышал, хвала Вершителю. Она уже голову вниз опустила, глаза закрыла, еще чуть-чуть и все… Тут в кармане телефон зазвонил. Она всех в пекло шлет. Я ей внушаю – возьми трубку. Она висит, телефон звонит.