Я – наложница для прайма

Говорят, ты – новая айли! Удивительно, разве землянок берут? Ты наверно очень необычная! А как так вышло то? Знаешь, я слышала пару историй, но вот ни разу не верила. Ни разу. Я нашего фрая жуть как боюсь! Как зыркнет своими светящимися глазищами, так и душа в пятки. И как ты с ним будешь, бедная? Ох, не представляю…Хотя он красавчик конечно, да?

Китти делает паузу и вопросительно смотрит на меня, то ли на этот раз действительно ожидая ответа, то ли решив просто перевести дух перед новой тирадой.

– Да, – медленно киваю я, наблюдая за ней.

– Ну, я же говорила, – она утвердительно кивает головой, будто во внешности прайма есть и её заслуга, – Так как, говоришь, тебя зовут?

– Я не говорила, – не удерживаюсь от маленькой колкости, – Риана, Ри. Я из пятого сектора.

– Ой, а я из седьмого! – подпрыгивает моя болтливая собеседница, – Да мы соседи почти! Ой, как очешуительно! Ты извини, что столько говорю, просто я так рада! Так! Да ты даже представить не можешь как! Тут землян почти нет! Мы же как сёстры будем, правда? Сестрёёёнка!

Я фонтаном выплевываю воду от столь неожиданно приобретенной родственницы, но Китти это ничуть не смущает, и она заключает меня в удушающие братские объятия, а потом услужливо с жаром бьёт по спине, помогая прокашляться.

– Ну я бы на твоём месте так сильно ко мне не привязывалась, – я аккуратно высвобождаюсь из цепкого захвата сестрёнки.

– Почему? – она недоуменно хлопает длинными ресницами.

– Ну я ведь с катушек слечу не сегодня-завтра. Будешь плакать потом, жалеть…

– Ааа. Ты про это, – беззаботно отмахивается Китти, – Ну точно не завтра: фрай у нас аккуратный. Да и не настолько уж слетишь. Ну будешь всё время о нём трещать. Эка печаль. Вон Эная живет не тужит. Правда она ж оборотень. Они же того…регенерируются, если долго контакта с праймом нет. А фрай её уже давно не…Ну…ты понимаешь…

Китти заканчивает совсем тихо, вдруг замявшись, и поднимает на меня слегка испуганный взгляд.

– Кит, что ты несёшь там? – строго кричит экономка через весь стол.

Китти тут же втягивает голову в плечи.

– Ничего, фрея Вера, – пищит моя названная сестра. Смотрит виновато на экономку, потом переводит взгляд на застывшую, словно готовую к нападению Энаю, сверлящую её откровенно недобрым взором, и принимается активно жевать.

Я решаю последовать её примеру, с невозмутимым видом приступив к трапезе.